Велимир Хлебников

   В первой половине ХХ века в России появилось новое художественное движение - футуризм*.  Его основатели считали, что это - искусство будущего.  Проявилось оно и в поэзии.
  В 1912 г.  в России появился первый авангардистский поэтический сборник  «Пощёчина общественному вкусу», ставший скандально известным благодаря одноимённому манифесту его авторов.
  В манифесте, подписанном Д. Бурлюком,  А. Кручёных, В. Маяковским и В. Хлебниковым, говорилось:
 «Мы приказываем чтить права    поэтов:
1. На увеличение словаря в  его объёме произвольными и производными словами (Словоновшество).
2. На непреодолимую ненависть  к существовавшему до них языку.
3. С ужасом отстранять от гордого чела своего  из банных веников сделанный  Вами венок грошовой славы.
4. Стоять на глыбе слова «мы» среди свиста и негодования.
 И если пока ещё и в ваших строках остались грязные клейма ваших «Здравого смысла» и «Хорошего вкуса», то всё же на них уже трепещут первые Зарницы Новой Грядущей Красоты Самоценного (самовитого*) Слова».

  Новые поэты века выдвинули свои принципы творчества:
перестать рассматривать словопостроение и словопроизношение по грамматическим правилам,
придавать содержание словам по их начертательной и фонетической характеристике,
отрицать правописание «во имя свободы личного случая»,
отменить знаки препинания
 и т.д.
Кончался манифест заявлением: «Мы - новые люди новой жизни».

  Но язык развивается самостоятельно, хотя частично на него влияет настроение общества.    Любой язык (речь) развивается по своим законам, независимо от воли людей. В ХХ веке при приближении 1-й мировой войны и революции в России у некоторых представителей искусства и литературы возникла утопическая идея о реформировании языка.
  Один из ведущих представителей нового течения в поэзии А. Кручёных писал: «... до нас речетворцы  слишком много  разбирались в   человеческой «душе» <…> но плохо знали, что душу создают баячи, а так как мы <...>  больше думали о слове, чем о затасканной «Психее»*, то она умерла в одиночестве и теперь в нашей власти создать любую новую... если захотим»

  Среди  этих поэтов был и Велимир Хлебников. Как поэт он «вторгался в смежные  области знания, прежде всего в историю и лингвистику, вполне свободно чувствуя себя и в такой области, <…> как математика»*
  Виктор Владимирович Хлебников родился  9 ноября 1885г. в калмыкском селе, в семье учёного-орнитолога.  По отцовской линии он происходил из купеческого рода. В связи с деятельностью отца семье часто приходилось переезжать.  В десять лет будущий поэт стал гимназистом в Симбирске, но закончил  гимназию уже в Казани. Там же он поступил на физико-математическое отделение университета. Осенью того же года его арестовали за участие в студенческой демонстрации, и месяц он провел в тюрьме.
  Он пишет несколько статей по орнитологии и переводится на естественное отделение того же факультета.
  Начинается  Русско-японская война. Это побуждает его к поискам «основного закона времени» - он ищет оправдание жертвам Цусимского сражения. В это же время он начинает писать стихи. В 1908 г. в Судаке он лично знакомится с Вячеславом Ивановым.
  Осенью он переводится в Санкт-Петербургский университет; но главная причина этого - желание заниматься литературой. 

Нам много ль надо?
Нет: ломоть хлеба,
С ним капля молока,
А солью будет небо
И эти облака.

 Кузнечик

Крылышкуя золотописьмом
Тончайших жил,
Кузнечик в кузов пуза уложил
Прибрежных много трав и вер*
- Пинь, пинь, пинь! - тарарахнул зинзивер*,

О, лебедиво!
О, озари!

1908 или 1909гг

   В Петербурге он вращается в кругу молодых поэтов, ведёт богемную жизнь, увлекается языческой Русью и народным языком, называет себя не футуристом, а будетлянином.  В литературной среде его стали называть Велимиром.  Эксперименты Хлебникова над словом и отразились в  декларации футуристического сборника «Пощёчина общественному вкусу»

Заклятие смехом

Смейево, смейево,
Усмей, осмей, смешики, смешики,
Смеюнчики, смеюнчики!
О, рассмейтись, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!

  Авторы футуристического сборника призывали  «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с парохода современности».  Хлебников звал к прошлому. Отвергал он и творчество Леонида Андреева и Мережковского, говоря: «Я не хочу, чтобы русское искусство шло перед толпой самоубийц!»
  В 1912г. поэт знакомится с Маяковским. В Европе начинается империалистическая война. Хлебников посещает «башню» Вячеслава Иванова, посвящает ему своё произведение «Зверинец».

«О, Сад, Сад!
Где железо подобно отцу, напоминающему братьям, что они братья, и останавливающему кровопролитную схватку.
Где немцы ходят пить пиво.
А красотки продавать тело.
Где орлы сидят подобны вечности, означенной сегодняшним, ещё лишённым вечера, днём.
Где верблюд, чей высокий горб лишён всадника, знает разгадку буддизма и затаил
ужимку Китая.
Где олень лишь испуг, цветущий широким камнем.
Где наряды людей баскующие*.
Где люди ходят насупившись и сумные*.
А немцы цветут здоровьем.
Где чёрный взор лебедя, который весь подобен зиме, а черно-жёлтый клюв — осенней рощице, — немного осторожен и недоверчив для него самого…»

   Весной 1916г. Хлебникова призывают в армию. Несмотря на то, что его полк стоял в Царицыне, он с трудом переносил военную службу. Уже через месяц он пишет своему знакомому военному психиатру с просьбой о помощи.  Тот даёт  заключение: состояние психики Хлебникова «никоем образом  не признаётся врачами нормальным». Психиатрические комиссии продолжаются до конца года. Хлебников  живёт то в больнице, то в  астраханской или и царицынской казарме. В декабре его переводят в Саратов, а в начале весны 1917 года Хлебникову предоставляют пятимесячный отпуск. Он  уезжает и  в  армию уже не возвращается.

Когда умирают кони - дышат,
Когда умирают травы - сохнут,
Когда умирают солнца - они гаснут,
Когда умирают люди - они поют песни.
1913

Сегодня снова я пойду
Туда, на жизнь, на торг, на рынок,
И войско песен поведу
С прибоем рынка в поединок!
1914

  Революцию  17-го года поэт встретил радостно.

  Свобода приходит нагая,
Бросая на сердце цветы,
И мы, с нею в ногу шагая,
Беседуем с небом на «ты».
Мы, воины, строго ударим
Рукой по суровым щитам;
Да будет народ государем
Всегда, навсегда, здесь и там!
..............................
12 апреля  1917г.

Конец лета и осень 1919 г. Хлебников провёл в психиатрической лечебнице.

  Весной  1920 он знакомится  с С. Есениным и А. Мариенгофом. По инициативе Есенина в Городском  театре Харькова устроена  церемония «коронования» Хлебникова как Председателя Земного шара.

   В апреле 1920 года на севере Ирана вспыхнуло антиправительственное восстание. 5 июня того же года было объявлено о создании в провинции Гилян Персидской советской республики. В начале 1921 года советская Россия, поддерживавшая повстанцев, сформировала в Баку Персидскую красную армию (Персармию), которая была направлена в Персию. Хлебников был приписан к армии в качестве лектора и 13 апреля 1921 года отправился на север Ирана в город Энзели. Там он провёл  некоторое время и познакомился с дервишами и сам стал известен среди местных жителей как «русский дервиш».
     Из Энзели Персармия переместилась в Решт, а оттуда (в начале июля) — в Шахсевар, по направлению к Тегерану.  Хлебников устроился на службу к местному хану в качестве воспитателя его детей. Вскоре наступление на Тегеран было приостановлено, и Хлебников в августе 1921 года вернулся в Россию.
   Он приезжает в Москву. Его встречают старые друзья — Кручёных и Маяковский. Они обеспечили его жильём и поспособствовали тому, что Хлебников стал членом официального Союза поэтов (это произошло в январе 1922 года), а также устроили несколько творческих вечеров в богемном кафе, известном как «Домино». Тем не менее, стихи его всё реже появляются в печати. Одна из немногих публикаций  этого времени   появилась в  марте 1922 года в газете «Известия».

          Не шалить!

 Эй, молодчики-купчики,
Ветерок в голове!
В пугачёвском тулупчике
Я иду по Москве!
Не затем высока
Воля правды у нас,
В соболях - рысаках,
Чтоб катались, глумясь.
Не затем у врага
Кровь лилась по дешёвке,
Чтоб несли жемчуга
Руки каждой торговке.
Не зубами скрипеть
Ночью долгою,
Буду плыть - буду петь
Доном-Волгою!
Я пошлю вперёд
Вечеровые уструги*.
Кто со мною - в полёт?
А со мной - мои други!
Февраль 1922

   В первые годы после революции в России появились литературные кафе. В них выступали поэты. Это время в России иногда называют «кофейным периодом поэзии».
  На Тверской в Москве находилось кафе «Домино». Оно поддерживалось советским правительством: Наркомпрос выдал  поэтам охранные грамоты, в которых говорилось: «... Всероссийский союз поэтов и функционирующая при нём эстрада-столовая преследует исключительно культурно-просветительные цели и является организацией, в которую входят членами все видные современные русские поэты».
    За два или три года до смерти, зимой Хлебников постоянно приходил в это кафе. Он приходил в сумерках, садился всегда у окна, не снимая шапку и очень старую, потёртую шубу и получал свой бесплатный обед. (ВСП выдавал обеды неимущим поэтам бесплатно.) Казалось, он не замечал никого из окружающих. И.В. Грузинов* пишет в своих воспоминаниях: «Нет, это не рассеянность. Это нечто большее: равнодушие ко всему и ко всем.
  Но это не равнодушие эгоиста, а невольное и неизбежное безразличие поэта и философа, который покончил в жизни  со всем и со всеми, который всецело поглощён своими мечтами и мыслями. <…>
  Прошла неделя-другая, и все стали смотреть на поэта с явным безразличием. Никто не замечал его». 
  Однажды в кафе был устроен его вечер. Хлебников вышел на эстраду в своей шубе, сел за столик, положил перед собой рукописи. Сначала он читал довольно громко «какие-то стихотворные фразы можно было понять»; но голос его становился всё глуше и перешёл в  бормотание. Он перебирал свои бумаги, путался в них. Слушатели стали покидать зал.
   Летом 1922 года Хлебников гостил у своего друга - художника Петра Митурича в деревне Санталово Новгородской губернии. Его мучили приступы лихорадки. Квалифицированную медицинскую помощь получить было  невозможно, и он умер 28 июня в 9 часов утра.
  В 1960 г. его останки были перенесены на Новодевичье кладбище в Москве.

        Отказ

Мне гораздо приятнее
Смотреть на звёзды,
Чем подписывать смертный приговор.
Мне гораздо приятнее
Слушать голоса цветов,
Шепчущих «это он!»,
Когда я прохожу по саду,
Чем видеть ружья,
Убивающие тех, кто хочет
Меня убить.
Вот почему я никогда,
Никогда
Не буду правителем!

      
*Футури;зм (лат. futurum — будущее) — общее название художественных авангардистских движений 1910-х  - начала 1920-х годов. Впервые  это движение началось в Италии.

*Самовитое слово Хлебникова — это слово, не оторванное начисто от быта и жизненных польз, а слово, противопоставленное им, не ограничивающееся ими, а связанное с “бытом” отношением “дополнительности”, не скованное своими словарными, всеобщими, ничейными значениями и потому способное отрешиться от призраков данной бытовой обстановки, взорвать с помощью словотворчества глухонемые пласты языка, проложить путь из одной долины языка в другую..

*«Пощёчина общественному вкусу» — первый поэтический сборник кубофутуристов (московская поэтическая группа «Гилея»), вышедший 18 декабря 1912 года. Наиболее известен благодаря сопровождавшему его одноимённому манифесту.

*Баскующий - от сл. баский - резвый, красивый.

*Сумной - задумчивый, тоскливый.

Психея, или Психе (др.-греч.   «душа», «дыхание») — в древнегреческой мифологии олицетворение души, дыхания...

* Вер - камыш, зинзивер - маленькая птичка, живущая у реки. (Примеч. Хлебникова)

*В. Перцов «Русские поэты»  - антология в 4-х томах (т. 4)

*Уструга (струг, струга (от скользивший по волнам — «стругам») — русское плоскодонное парусно-гребное судно, XI — XVIII веков.

*И. В. Грузинов (1893- 1942) - русский поэт, критик.


Рецензии
Давно хотелось почитать его "Доски судьбы", да всё откладывала, а тут ваше, как напоминание. Посмотрела и вашу страницу, здесь читать да читать. Отправлю вас в "Избранные", чтобы возвращаться. Спасибо, с дружеским теплом,

Светлана Салайкина   20.03.2017 16:46     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.