Сгребает дворник снег и наледь
и слух царапает лопатой,
а мне никак разлуки память
не выбить из подушки смятой.
Нас развели с тобой вокзалы,
и я вернулся в мир бумажный,
и то, что мы не досказали,
наверное, уже не важно.
В пустынном сквере ветер шалый
целует родинки берёзы,
спеша обидеть, мы смешали
житейский быт и наши грёзы.
Озябшим клёнам снится солнце,
печалиться- поднатарели...
и утром так легко всплакнётся
под песню мартовской капели.