Вино французское лью медленно в бокал,
И сыр Рокфор кромсаю на тарелке,
Я так нечеловечески устал,
Что даже радуют квартирные застенки.
Я утишаюсь поздней тишиной,
И нежусь полусном уединенья,
И благостью доступной и простой,
Довольствуюсь с надменным наслажденьем.
Смотрю без звука мартовский футбол,
Курю огромную кубинскую сигару,
Я не Фидель и даже не нацбол,
А скучный бард без славы и гитары.
Мой бунт утих, как ветер перемен,
Все как всегда, все так же как и раньше,
Я пью вино и радуюсь что тлен,
Что буду непричастен к этой фальши.
Я грезил славой, я желал войны,
И воспевал стихии революций,
Но все разбито миром суеты,
Условностями тихих конституций.
Я заколдован мрачной феей тьмы,
Я принц овитый долею плебея,
Я вымучен желаньем красоты,
И тем, что знаю как, но не умею.
Играю в игры с жаждой проиграть,
Быть обреченным, разве ли не счастье,
Коль царства никогда мне не сыскать,
Останусь самой неприметной в мире частью.
И буду восхищаться пустоте,
И сыру и безделью и бутылке,
И мух считать на белом потолке,
И Веничку зачитывать до дырки.