Венок сонетов Санкт-Петербургу

Магистрал.

Опять адмиралтейская игла
Заштопала рассвет за облаками.
Я гостьей в этом городе была,
И этот город ждал меня веками.

Дворцы, сады, соборы и дома…
Нева седеет утренним туманом.
Блестит в лучах фонтанов бахрома,
И чаек стон мне кажется гортанным.

Штрихует тени статуй Летний сад.
Взметнулись параллели колоннад –
Помпезность мрамора, безмолвие гранита…

Санкт-Петербург… Каналы и мосты…
Симфония величья красоты!..
И белой ночи акварель дождем размыта…

I.

Опять адмиралтейская игла
Потянет нити солнца за собою.
И храмов золотые купола
Вновь обрамляет небо голубое.

Санкт-Петербург, прими скорей меня,
Объятья улиц мне навстречу простирая,
Величьем и изяществом маня,
Ты радуешь, взаимностью пленяя.

Пока от ветра съежилась Нева,
Мне город шепчет судьбы и слова,
Которые запоминал веками.

Пока прудов блистают зеркала,
Пока адмиралтейская игла
Заштопала рассвет за облаками…

II.

Заштопала рассвет за облаками
Игла адмиралтейства. На реке
Вновь волны бесятся вихрастыми клоками,
И чайка штрих рисует вдалеке.

Кунсткамера являет гордый профиль.
Кудели туч цепляет шпиль-веретено.
В музее Русском дремлет Мефистофель,
Поглядывая изредка в окно.

Зовет во внутрь ажурный Двор Гостиный.
Фонтанов серебрится паутина,
И гордо подняты соборов купола.

Глоток дождя считая причащеньем,
Подумаю я с грустным восхищеньем:
«Я гостьей в этом городе была…»

III.

Я гостьей в этом городе была,
Заучивая наспех сны и роли.
Кулисы ветра, расправляя два крыла,
Открыли мне недельные гастроли.

Амфитеатром строились дома:
Галерка крыш за легкостью балконной.
И кажется, что Талия сама
Из сада Летнего пришла сюда влюбленной.

Пюпитры долговязых фонарей
Афиши: «Приходите к нам скорей!»
Держали ослабевшими руками.

В суфлерских будках сонных чердаков
Шептал мне хор охрипших сквозняков,
И этот город ждал меня веками…

IV.

И этот город ждал меня веками.
Шлейф белой ночи шили мне ветра.
И тополя с костлявыми руками
Роптали перед обликом Петра.

Дворцовой площади морщинистая кожа,
Угрюмый взлет Александрийского столпа.
Собор Исаакия. Хорала: «Святый Боже!..»
И статуй каменных безмолвная толпа.

Горбатый мост коснулся боком тротуара,
И друг на друга львов глядится пара.
Пух тополиный – летняя зима…

Фонтанных струй прозрачные ресницы…
И снова мне ночами станут сниться
Дворцы, сады, соборы и дома.

V.

Дворцы, сады, соборы и дома:
В калейдоскопе лиц прохожих постоянство.
Беспечная, я поняла сама
Весь тайный смысл богатого убранства.

Вот Зимнего дворца помпезный вид –
Окаменевшие здесь небыли и были.
Немые призраки стоят Кариатид –
Над Иорданской лестницей застыли.

Вот сфинксов гордый профиль за рекой.
И «Медный всадник» сильною рукой
Узду коня сжимает неустанно.

Фигур ши-цзы обманчив силуэт.
Пока шагает по воде слепой рассвет,
Нева седеет утренним туманом.

VI.

Нева седеет утренним туманом,
Трясут ветра над нею чахлой бородой.
И линии проводят неустанно
Мосты, сводя ладони над водой.

Вновь замолкают чаек нервных ссоры,
Заря забеливает пятна на луне.
И крейсер просыпается «Аврора»,
Зевая дулами орудий в тишине.

И в суете Балтийского вокзала
Подумаю: «Как много не сказала!»
И эти сны, сводящие с ума…

А электричка снова укачает.
И пусть… Ведь Петергоф меня встречает:
Блестит в лучах фонтанов бахрома!

VII.

Блестит в лучах фонтанов бахрома.
Большой каскад купает радугу несмело.
И праздничная длится кутерьма,
Вновь сотней брызг взрываясь, то и дело.

Залив виднеется бескрайностью вдали,
И воздух полон радостным движеньем.
Жеманится слегка дворец «Марли»,
Своим в пруду любуясь отраженьем.

Шутейные фонтаны на меня
Рассыплют непослушный бисер дня
Живительною влагою желанной.

А на палитре неба лишь дожди.
Пустынное пространство впереди,
И чаек стон мне кажется гортанным…

VIII.

И чаек стон мне кажется гортанным,
И чудится мне пенние Сирен.
Взметнулись Петергофские фонтаны
Прозрачностью своих хрустальных вен.

Упало небо в чашу Финского залива.
И «Монплезир» грустит и мудро и светло.
И лишь ветра нечесаные гривы
На горизонте ищут паруса крыло.

Вновь вспомнится знакомая примета –
На дно фонтана упадет моя монета;
Неумолимо возвращение назад:

Туда, где Петербуржские свиданья,
Где грифелем тоски и ожиданья
Штрихует тени статуй Летний сад.

IX.

Штрихует тени статуй Летний сад,
Он замер в кружевном литье ограды.
И обитатели застывшие стоят,
Фонтанка что-то шепчет тихо рядом.

Кому-то Слава приготовила венец,
А вот в смущеньи юная Аврора.
Задумчив, как всегда, Платон-мудрец,
Как будто вновь ведя с учениками споры.

Присутствием тревожить не посмею
Уединение Амура и Психеи.
Но снова улыбаюсь невпопад…

Лишь звук шагов в аллеях оставляя,
Иду… И вот, где вновь гуляю,
Взметнулись параллели колоннад.

X.

Взметнулись параллели колоннад.
На площади Казанского собора.
Мне чудится, как сотни лет назад,
Звучит здесь и доныне отзвук хора.

Продолжив вечности неразрешенный спор,
В задумчивости сонно бестолковой
Возвысился Исаакиевский собор –
Угрюмый, неприступный и суровый.

Спас на крови мозаикой блестит
И куполами в высь далекую летит.
И снова дождь сквозь облачное сито.

Атласное молчание Невы…
И я замру с поклоном головы.
Помпезность мрамора, безмолвие гранита…

XI.

Помпезность мрамора, безмолвие гранита,
Степенность арок и барокко стен домов,
Великомудрие опалов с малахитом –
Пристанище талантов и умов.

А в облаках у нас над головою
Поспорит гром с бесстрастной тишиной.
И Петропавловская крепость над Невою
Нахмурится недвижною стеной.

Поговорим? Забудем про усталость.
Скажи: ну что тебе такая малость,
Когда ясны слова все и мечты?

Поговорим!.. Хочу запомнить я все это:
Сфотографировать тебя, меня и лето,
Санкт-Петербург… Каналы и мосты…

XII.

Санкт-Петербург… Каналы и мосты…
И ленты рек ленивой влажностью струятся.
Сбежала я сюда от суеты,
Чтоб в городе нечаянно остаться.

Мне внемлил Грибоедовский канал,
Покрытый чешуею гладководной.
И пальцы влажные мне дождь на плечи клал,
Шепча свое жестокое: - Свободна!

Что ж, буду вновь под разговоры птичьи
У сфинксов-близнецов искать отличья,
Коснусь колонн ростральных высоты.

Поэзией вновь камни тихо дышат,
И каплями срывается вдруг с крыши
Симфония величья красоты.

XIII.

Симфония величья красоты…
Ночь надевает ветра кринолины…
Окончен день. В который раз мосты
Вновь разогнут натруженные спины.

Зеванье форточек, тоскливый всхлип дверей.
Суббота. Завершение недели.
И тени луноликих фонарей
По Невскому проводят параллели.

На ветках парка дремлют облака,
Дрожит прохлады робкая рука,
Не замолкает звездная сюита.

Васильевского острова печаль.
Над сероглазою Невой небес вуаль,
И белой ночи акварель дождем размыта.

XIV.

И белой ночи акварель дождем размыта.
Но я не слышала уже тех капель плач.
Уснули гении, бродяги и пииты,
Пока играл мне что-то уличный скрипач.

Из камня предо мной раскрылась книга,
И теребил вельветы неба лунный луч.
Неслась Алексанринского квадрига
Над городом, взметая клочья туч.

Ах, Петербург! – загадка, сказка, тайна.
Поэтому признаюсь: не случайно
Тебя не полюбить я не смогла.

Остаться бы, остаться бы там мне бы,
Где штопает рассерженное небо
Опять адмиралтейская игла.


Рецензии
Наталья, читала с восторгом! Изумительный венок сонетов любимому родному городу. Рада была посетить Вашу страничку. Обязательно вернусь, более обстоятельно познакомиться с Вашим творчеством.

Алёна Демидова 2   03.10.2017 22:56     Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.