Деньги. Часть 2. 8. Продолжение

Мая Голубева
    После такого странного года, в самом конце, весной учительница физкультуры выставила Лялю на соревнования по лёгкой атлетике. До этого времени ей спортом заниматься было запрещено. И когда она сказала Лие о том, что надо идти на соревнования, то мама по просьбе Ляли согласилась сходить на стадион, помочь и посмотреть из-за чего такую больную малышку отправили защищать честь школы, так как сама в этом хорошо разбиралась. По дороге Ляля взахлёб рассказывала о том, что она очень хорошо прыгнула в длину на уроке и поэтому сейчас идёт выступать за школу. А рост-то совсем маленький - метр с кепкой, а прыжок оказался решающим. На стадионе Ляля  показала свой прыжок. Оказалось, что она не представляет что такое правильный разбег, планка, толчёк. Лия предложила всё замерить, прыгнув несколько раз подряд и приблизиьтельно подобрать разбег. Внезапно Лялю. вызвали для прыжка в длину. Здесь очень важно отметить, что лишь один прыжок вошёл в зачёт. Остальные она пробежала мимо планки, а с третьим и единственным прыжком она попала в финал и прыгала в финале с востмиклассницами, которые тренировались уже  несколько лет. Но самым потрясающим оказалмя вторй прыжок в финале, который явился вторым местом среди тренированных взрослых девочек, с результатом 5 м 20 см превосходящим первое место её мамаши в прошлом, когда она закончила 10-й класс. Теперь стало понятно, что здесь играют роль не тренировки, а прекрасные данные. Но как быть? Спорт из-за тяжёлых Лялиных болезней ей противопоказан. Поэтому, отбросив  идею о спорте, решили отдохнуть на море, не в очень жаркой зоне, набраться сил, питаться фруктами и овощами свежими и  натуральными, тем более, что ещё много впереди было экзаменов и разного рода испытаний. Как ни странно, все беды Лию теперь начали закалять, но не опускать руки, тем более после столкновения с медициной, в которой можно было ни за что, ни про что изувечить ребёнка, она сказала самой себе: "На бога надейся, а сам не плошай", и ещё "Семь раз отмерь, а один раз отрежь"! И тут она поймала себя на одном странном высказывании. Как-то встретившись с завучем своей школы, преподавателем язык и литературу, которую Лия давно закончила, как обычно ему задала банальный вопрос: "Как школа? Как ученики?"  И в ответ прозвучало что-то похожее то ли на впрос, то ли на жалбу: "Да как сказать, ученики очень похожи друг на друга. Видишь, что ученик готов, учил, занимался, всё вызубрил, правильно всё говорит, но чувствуешь, что он ничего не понимает, не может ничего толком объяснить, если задаёшь ему дополнительный вопрос. И зачастую даже становишься в тупик, не зная, что ему ставить. Знать-то знает, а понимать не понимает." разъяснил он позицию своего отношения к ученикам.
"Жёстко вы оцениваете учеников. Они же ещё дети. У них ни опыта, ни своего отношения к жизни ещё нет. Вот, напрмер, мы с детства слышим разные поговорки, а что они обозначают, редко понимаем. Настоящее их признание случается лишь в тот момент, когда происходят
события похожие на их суть и тогда они приходят на ум и ты вдруг поражаешься краткости и ёмкости их содержания." не без чувства удовлетворения в своей правоте, как бы защищая всех подвластных ему детей, сообщила  Лийка, которая никогда не училась у него, и не испытывала никакого чувства симпатии к нему как к педагоогу в отличие от директора школы. Они очень сильно отличались друг от  друга. Директор был математиком по специальности и школа была тоже математической, при всём этом он был очень хорошим психологом, знал и интересовался каждым человеком, для него никто не был пустой забавой. Абсолютно ко всему он относился гуманно и умел всем всё объяснить и правильно оценить   
любую ситуацию. И только благодаря директору Дмитрию Фомичу Чернышову, Ляля стала в очень тяжёлое время для неё школьницей, хоть ни Лие, ни Ляле он никогда не преподавал.
По слухам учеников других классов он был прекрасным педагогом. Даже, будучи уже переростком, Лия, думая о том, что является самым лучшим человеческим качеством, встречаюшимся очень редко, как подарок, считала, что только такие люди как Дмитрий Фомич Чернышов достойны подражания, примера, памяти и что только для добора  и созиданрия должен жить человек. И такие люди несут свет, знания будущему поколению.

    Но английская школа, это была полная противоположность всему человеческому укладу, и в ней продолжила своё жизненное путешествие Ляля. При всех болячках её не только там не щадили, но пытались вымагать у Лии открыто взятки за все сфабрикованные ими же самими делишки. Но, тем не менее, Ляля стала уже ученицей 6-го класса. Тренер, Мозговой Олег
Григорьевич( вошёл в историю Украины как Заслуженный тренер) присутствующий весной на соревнованиях, о Ляле не забыл и пришёл в школу, чтобы пригласить её на тренировки по лёгкой атлетике. "При  такой огромной нагрузке ещё и спорт!" возмущалась мама. Но Ляля опять настояла на своём.  Припоминая её настырные повадки ещё с детства, как она не хотела ходить в садик, и если чего-либо хотела, то брала всё мёртвой хваткой. А теперь и подавно, когда врачи с одной стороны требовали выполнения всех её желаний, а с другой те же врачи запрещали перегрузки, а  тут, ещё добавлялись занятия спортом, Лия вынуждена была дать добро. Но после двух тренировок, заметив жуткую желтизну лица, Лия помчалась к тренеру, заявив, что нагрузки с Ляли надо все снять и надо начинать тренировки с полного нуля, так как Ляля очень больна. Тренер оказался толковым мужиком. Дважды ему не пришлось повторять. Ляля приходила с тренировок как с прогулок,посвежевшая и входила в спорт с маленьких нагрузок. Прошло всего пол года, у Ляли появился аппетит, здоровье постепенно приходило в норму, спорт явно давал положительные результаты, но чем больше Ляля защищала честь школы, тем больше было к ней претензий. Ей не забыли пропуски из-за болезни в 5-м классе. А теперь спорт и музыка явно мешали  пустяковым общественным мероприятиям, которые проходили после уроков во время академических концертов в музыкальнлй школе и пропустить которые нельзя было. Но Лялю из школы не отпускали даже по просьбе Лии и уважительной причине. Классная дама называла  пропуск экскурсии прогулом. При всём неуважительном отнолшении к Ляле, девочка всё же очень любила школу. Все уроки она посещала с удовольствием и даже с плохим самочувствием рвалась туда. Лия удивлялась такому рвению. Но ни старание, ни выученные уроки, ни простое понимание, что растёт хороший человек со знанием языка,с музыкальной культурой, спортивным развитием в этой школе начальству не давали покоя. К этому времени, а это был уже восьмой класс, у Ляли был огромный комплект золотых , сребрянных наград, она стала сборницей Украины. Но все выезды на сборы для неё лично обращались катастрофой. Ничто не приносило ничего хорошего кроме вреда для преподавателей и администрации этого заведения. И совсем непонятно, причём здесь администрация во главе с завучем этой бурсы? В старших классах начали провоцоровать скандалы в таких формах, о которых Ляля даже не помышляла,например, весь класс "сачканул с уроков". Организатором этой акции объявили её, то есть подготавливалась совершенно негативная почва для окончания школы. И это приближение конца катилось как ускоряющийся, накатывающийся с горы ком. Не дожидаясь печального завершения, Лия потребовала документы для перехода в другую школу. Увы! Ей отказали! Пришлось обращаться в спортивную школу, чтобы затребовать документы через ГОРОНО. Спустя некоторое время, документы передали. Сопротивление для мести было сломлено. Какое было разочарование учителей в том, что не удалось испортить Ляле жизнь. А ведь так всё расчитали: все пакости, все мерзости! А они, чёрт их побери, раскусили! Не дали взятку, да и сама Лийка не отдалась завучу с не бегала и не просила. Но до сих пор ни Лийка, ни Ляля не поймут, зачем им это надо было? Неужели только деньги??? А что ещё? Как и непонятно то отношение, которое окончательно испортилось к педагогам, хоть приходилось встречаться и говорить "хорошим" тоном друг другу просто ужасающые вещи, но заслуженные, согретые совсем не добрым и тёплым человеческим отношением. Люди в глазах Лии заметно с каждым годом мельчали.