О бабушке, о дедушке

        С О Д Е Р Ж А Н И Е

1. Чай
2. Родословное древо
3. Рай
4. Печка
5. Помидоры
6. «Залезал я на сарай…»
7. «Он в горенке сидел под образами…»
8. «Всегда мечтал я, дед…»
9. Чучело
10. Сергиевское
11. Рубить дрова
12. «Всё чаще думаю о том…»
13. Бабушка
14. Старинный сад
15. «Здравствуй, дед мой, как тебе лежится…» (из поэмы «Дни любви»)
16. Плач по сиреневому первоцвету
17. «Привыкаю к душевным разрухам…»


Кроме того, стихи, связанные с циклом «О БАБУШКЕ, О ДЕДУШКЕ», есть ещё

в цикле «ИЗ АНТОЛОГИЙ» — «Фуражка», «Деду», «Замело деревню»,
в цикле «И НИКОЛАЙ ЧУДОТВОРЕЦ» — «И Николай Чудотворец», «Пасха», «Бабушками крещены», «Псалтырь», «Краснодеревщик»,
в цикле «ДЕДОВЫ МЕДАЛИ» — «Ополченец», «Дедовы медали», «Скромность», «Солдатка», «Легенда», «На сборы», «В тридцать пять».


Ч А Й

Эх, поеду в гости к бабке —
Слушать сказки, слушать байки,
Сядем с нею вечерком
Да потешимся чайком.

Чаепитие — наука:
Чай не терпит суеты.
Привечает бабка внука —
Раскраснелась у плиты.

Будто зелье от хворобы,
Долго чай томит в печи,
Достает конфеты, сдобу:
Булки, пышки, калачи.

Чайник — волком завывает,
Крышкой хлопнуть норовит!
Чай бабуся разливает —
Он прозрачен, духовит!

Хорошо чайку «откушать»,
Съесть конфеты, калачи,
Сказку старую послушать
И улечься на печи:

На каменья завалиться —
Среди теплой тишины
Добротою завариться,
Мудрым духом старины!..


Р О Д О С Л О В Н О Е    Д Р Е В О

Тянет горьким дымком с огорода:
Сыновья зажигают ботву.
Под окном проскрипела подвода.
Замычала корова у брода.
Это всё означает: живу!

В деревеньке родной под горою
Починяю калитку, забор —
И с любезною бабкой порою
Задушевный веду разговор.

Вот приходит бабуся из хлева
И спешит наготовить борща, —
И опять родословное древо
Мы припомнили с ней сообща.

Всё отважнее я год от года
Забираюсь в глубины времён —
Ветка Федора,
Ветка Егора...
Дальше ветви — уже без имён.

И как бабушку вспомнить ни молишь:
Но ведь был же, кто всех их древней, —
Мол, Егор — мой прапрадед всего лишь,
Я ж добраться хочу до корней! —
Она борщ подвигает мне:
«Ешь ты!
Род крестьянский — дворяне мы что ль?..»

Что скажу — ведь всё меньше надежды —
Сыновьям, что садятся за стол?..


Р А Й

Живу в деревенском раю
И сплю на соломе пшеничной,
Водою живою, криничной,
Усталое тело пою.

Гуляю, хожу по грибы,
Рву травы целебные в балке,
И возле сырой городьбы
Готовлю червей для рыбалки.

С людьми и собою в ладу
Вновь душу учу улыбаться.
До пота копаясь в саду,
В себе не желаю копаться.

О счастье судьбу не моля,
Живу без причуд и придирок.
И варит мне бабка моя
Простую картошку «в мундирах»...


П Е Ч К А

Спичкой — чирк, зажгла и дунула —
Газ горит, теплым-тепло.
Бабка печь ломать надумала:
Управляться тяжело.

Хватит маяться и гориться —
Иль не ясно, что к чему:
Вместо печки
Будет горница —
Третья комната в дому!

Ночью, ох, болит сердеченько,
Чувства грустные тая.
Ах ты, печка моя, печенька,
Ах, подруженька моя!

Я б не горилась, не плакала —
Шестьдесят, считай, годков
У плиты твоей простряпала
Для малых да мужиков.

За водой пойдёшь на реченьку —
Скользко, Боже, помоги.
Ах! Беда...
Затопишь печеньку —
Вмиг сухие сапоги.

Печь от болей, от хворобушек —
Лучше всяких ворожих:
Дед, бывало, как воробушек,
Отогреется — и жив.

Жив!
И ждёт он воскресения,
Мучим думкою благой:
Чтобы с кумом за спасение
Выпить шкалик да другой!..

Дед стучит калиткой узкою, —
Кум плетётся по следам,
Бормоча:
«За печку русскую —
Дом с коровою отдам!..»


П О М И Д О Р Ы

Помидоры последние загодя рвали, —
Вот уж осень, а завтра — морозы и снег, —
Клали в валенки их, чтоб скорей дозревали,
Накрывали овчиною — всё-таки мех.

Так лежали они, красоты добирая:
Постепенно бурея, краснея потом.
И коль снег за окном,
Коль погода сырая,
Самых спелых достанешь — и светится дом!

Будто солнышко всходит из каждой тарелки —
Подмывает запеть или даже сплясать!
Вот и дед не ворчит, забывает о грелке
И задумчиво смотрит: «Кусать — не кусать?

Ну попробовать разве? Кусну его разик.
Нет — пущай покрасуется всё ж. Погодим…»
Каждый день в нашем доме,
                хоть маленький, — праздник:
Помидоры едим, помидоры едим!

Вы решили уже: лишь по этой причине,
Когда я подмигну, улыбается дед?
Деду б — лечь поскорей на любимой овчине,
Мне бы — новые валенки в школу надеть!


 *  *  *

Залезал я на сарай,
Чтобы, став повыше ростом,
Посмотреть на дивный край,
Что за речкой и погостом.

И казалось мне тогда:
Это место — вроде рая,
Потому-то все туда
И уходят, умирая.

В родниках, в колодцах тех
Есть волшебная водица —
Лишь одна она годится,
Если болен человек.

И, омыв печальный лик,
Прежде бывшие седыми —
Возвратятся молодыми
И старуха, и старик.

Перельётся юный свет
В них, отравленных тоскою...

У сарая кашлял дед,
Глядя в даль, что за рекою.


 *  *  *

Он в горенке сидел под образами.
Смотрел на всех спокойными глазами,
Как будто бы не знал, что умирал.
И чёрным варом дратву натирал.

Неспешно тёр и даже напевал.
И, вдев концы в две толстые иголки,
Крутил он «козью ножку» из махорки —
И валенки внучатам подшивал.

Я старшим внуком был —
Я подмечать
Мог многое
И думал над загадкой:
Зачем слезу стирает мать украдкой,
Зачем весною валенки тачать?

Ведь стаял снег, и канула зима —
Ей не вернуться, кажется, вовеки...
Но вновь снега
Обрушились на ветки —
Пришла разгадка страшная сама.

Трещал мороз. Мело, мело, мело —
Перемело, наверно, пол-России.
Когда из дома деда выносили,
Мне было в старых валенках тепло…


 *  *  *

Всегда мечтал я, дед:
Как ты, уметь владеть
Лопатой, топором,
Рубанком, стеклорезом —
Фундамент в землю влить,
Пол в доме настелить,
И окна застеклить,
И крышу крыть железом!

Легко или с трудом —
Суметь построить дом
С террасою резной
И птицей над трубою,
Крыжовник развести
И сад свой обнести,
Чтоб не было пути
Злым людям,
Городьбою.

Я всё уметь хотел…
Теперь бы попотел —
Зубами бы скрипел,
Вникая в суть ремёсел!
Я б не терял ни дня...
Упал ты у плетня.
Зачем же, дед, меня
Ты  неумехой  бросил?


Ч У Ч Е Л О

Чучело сделала бабка —
Пугать воробьёв:
Дедов пиджак и фуражку
На кол нанизала —
Будут кадушки
Под осень
Полны до краёв,
Хватит нам всем
И останется что для базара.

Горя не знаем весь год:
Приезжай и бери.
Бабушка, милая,
Это всё правильно вроде,
Только зачем тебе чучело,
Коль от зари
И до заката
Ты крутишься на огороде?

Куст затеняет, —
Пилою–ножовкою — вжик,
Сухо —
Ты с лейкой,
Сорняк показался —
Ты с тяпкой…
Бабка смеётся:
«Какой-никакой, а мужик!
Правда, молчун —
Да о чём разговаривать с бабкой?..»

       
С Е Р Г И Е В С К О Е

Где высокие деревья
Небо трогают рукой,
Встала тихая деревня
Над красавицей–рекой.

Там под солнышком и ветром
Вот уже который год
В доме стареньком и ветхом
Моя бабушка живет.

В той земле святые кости —
Там мой дед,
Моя родня.
«Приезжай почаще в гости!» —
Просит бабушка меня.

Я приеду утром рано,
Поцелую руки ей.
Сердце радостное раня,
Будет щёлкать соловей,

С шумом ласковым
Дубравы
Распахнутся за рекой,
И лугов медовых
Травы
Мне подарят свой покой.

Всех стихов моих
Истоки
В этой тихой стороне, —
И её земные соки
Бродят, скрытые, во мне…



Р У Б И Т Ь   Д Р О В А

Рубить дрова — не ремесло — искусство!
Бей топором до ломоты, до хруста
В ослабших, разленившихся плечах!
Зима близка. Горит огонь в печах.
А в бабкиной — и холодно, и пусто.

Хотела бабка печку запалить,
Да некому дрова перепилить,
Переколоть, хоть завезли их с лета —
Как трудно без хозяина, без деда!

Глядит она на высохшие руки —
И, думая о сыне и о внуке,
Родных ни в чём не хочет укорять.
Зовём к себе — не едет ни в какую.
«Что, — говорит, — отвечу старику я?
Слюбились здесь — и здесь мне помирать...»

Играй, топор, разваливай полено!
Мы молоды — нам море по колено.
Гори, огонь, в прожорливой печи.
В  любом  селе,
В России,
Во вселенной —
Любовь неразделима и нетленна!
Учи нас, бабка, мудрости. Учи!..


 *  *  *

Всё чаще думаю о том,
Чего не избежать:
И мне под ивовым кустом,
Как дедушке, лежать.

На том погосте за рекой,
Лист палый постеля,
Мою ты душу успокой,
Родимая земля.

Ты успокой её дождём,
Поплачь над ней росой,
Шепни,
Что тут я был рождён
И бегал тут босой.

И в том берёзовом лесу
Насобирал грибов,
Тут встретил первую грозу
И первую любовь.

И оттого,
Что вот он — луг,
Река,
Знакомый брод,
Не страшно думать
Даже вслух:
Придёт и мой черёд…


Б А Б У Ш К А

Кукушка куковала
За далью луговой,
И ты ей в такт кивала
Седою головой.

И замирали звуки
Прохладны и чисты —
Тяжёлые, как руки,
Что уронила ты.

Сидела и устало
Клонилась к городьбе,
И годы не считала,
Дарёные тебе.

Их будет — сколько будет,
И жизнь ещё не вся,
Покуда внуки будят,
Луг заливной кося,

Спеша за воскресенье
Укосы просушить...
Покуда нужно сено
Граблями ворошить.


С Т А Р И Н Н Ы Й    С А Д

Зелёный рай — старинный сад
Кольцом вкруг дедовского дома.
Ему уже под пятьдесят —
Творенье деда молодого.

Его люблю — и не виню,
Что плодоносить нету силы:
Он загнивает на корню,
Хоть всё же яблони красивы.

Они красивы красотой, —
Не просто вешней
Или летней, —
А красотой жестокой той,
Что называется последней.

И не страшна им злая весть
И топора прикосновенье...
В них что-то дедовское есть —
В его последние мгновенья.


 *  *  *
(Из поэмы "Дни любви")

Здравствуй, дед мой, как тебе лежится,
Снится ль что, не снится в темноте?
Свила дом веселая синица
На твоём рябиновом кусте.

Песней тебя тихой поминает,
Но такой, что на сердце теплей,
Будто бы особенное знает
О душе, о щедрости твоей…

Видимо, всё связано в природе:
Из кошелки сделав западню,
Я поймал синицу в огороде,
Может, этой близкую родню.

И, счастливый, нёс её я в сенцы,
Спрятать чтоб в укромном уголке,
Ощущая бьющееся сердце
Песни, что зажата в кулаке.

Чтоб меня лишь музыкой пленяла,
Чтоб моею собственной звалась, —
Голову кружило, опьяняло
Чувство неизведанное — власть.

Как отнять игрушку у ребёнка:
Птица — что сокровище в горсти.
Ты сказал мне просто и негромко:
«Петь не будет — лучше отпусти…»

Помню: не поверил я сначала,
Натаскал червей, букашек, трав —
Но молчала пленница, молчала.
Как всегда, ты оказался прав.

Лишь когда с руки моей вспорхнула
И рванулась прямо в облака,
Цвиркнула — мальчишку ли ругнула,
Поблагодарила ль старика?..

Вырос я из опыта былого:
Голоса чужого не гублю.
Из меня не вышло птицелова —
Песни настоящие люблю!

И когда, как эта вот синица,
Помня всех, кто делал мне добро,
Сам пою — как пойманная птица,
Бьёт-стучится сердце о ребро.


П Л А Ч
П О  С И Р Е Н Е В О М У  П Е Р В О Ц В Е Т У

Вы разбудите меня чуть свет,
                Бабушка с дедом,
Ибо сиреневый первоцвет
                Соням неведом.

Соням неведом старинный сказ
                Нашей деревни:
Счастья «пятёрочки» отыскать
                Можно в сирени.

Только ленивые — на цветке
                Не загадали:
Чтобы на сказочном Горбунке —
                В дальние дали!

Только ленивым не удалось
                Росной «звездою»,
Словно Жар-птицу, поймать за хвост
                Стольную долю!..

Выйду я, выбегу на заре
                В наш палисадник.
Кто это — в облаке на горе?
                Солнечный всадник!

Всадник сиреневый, по судьбе
                Скачущий грозно,
Снова на старенькой городьбе
                Вещие гроздья.

Снова окрестности расцвели,
                Светятся влажно,
И фиолетовые шмели
                Кружатся важно.

Вот и вернулись мы с Горбунком
                В нашу «столицу»,
И улыбаются из окон
                Добрые лица.

Сколько плутали по городам,
                Дальним селеньям!
Но все дороги — к отчим садам,
                К отчим сиреням…

Есть в моей просьбе в конце пути
                Сладкая мука —
Долю вчерашнюю обрести
                Старшего внука.

Ведь невредимо меня  вели
                Бездной  диковин
Лики — бабушкин  Катин  и
                Дедушкин  Колин!

Дай же, сиреневый первоцвет,
                Следуя следом,
Знать, что разбудят меня чуть свет
                Бабушка с дедом, —

Чтобы я верил, что не один
                В грозной  Вселенной,
Чтоб у могилок их посадил —
                Рощу сирени!..


*  *  *

Привыкаю к душевным разрухам —
Выпит юной наивности яд.
И теперь к старикам и старухам
Обращаю внимательный взгляд.

Изучаю их скорбные лики
И пожатья жалеющих рук, —
Молодым стебельком повилики
Обвиваюсь их судеб вокруг.

За одну только мысль, за идею
Их советы негромкие чту,
Что окрепну душой, отвердею —
И поверю в свою правоту!

Распрямлюсь! — Несгибаемым злаком
Став!
И, чувствуя вечную тьму,
Сам того,
Кто растерян, заплакан —
К предрассветным лучам подниму!


Рецензии
Валерий, тронут Вашим изложением, как будто я снова в родной деревеньке, учусь жить по наставлениям бабушки, слушаю рассказы стариков по житьё-бытьё, разлучницу войну, планы на урожай и любовные похождения молодых.Я часто бываю там, где осталось моё шароварное детство и светлая юность.Спасибо.Честь имею.

Алексей Харчевников   12.03.2014 14:35     Заявить о нарушении
Алексей! Спасибо Вам за доброе слово и щедрую оценку одного из моих деревенских циклов. Успехов Вам и вдохновения! С искренним уважением!

Валерий Савостьянов   12.03.2014 17:03   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.