Любовь к военным переходит...

Любовь  к  военным  переходит  в  мании -
прусских  усов,  генеральской  шинели,
восторженных  пируэтов  лагерной  брани,
дурных  мемуаров,  ловли  форели.
Вслед  за  рекламой  контактных  линз
и  криком  подруги  -  Сделай  потише,
вырыгивает  словечко  "патриотизм"
в  образе  диснейевской  Супермыши.

Олух  саксафонист  хлопает  по  плечу
придурка  ложкаря  и  смеётся  до  слёз.
Пожарный  забывший  свою  каланчу
спит,  скинув  ботинки,  тих  и  тверёз.
Температура  ведёт  головную  боль,
затылок  ищет  подушку,  спина  диван,
в  двух  метрах  от  глаз  норвежский  король
посещает  со  свитой  плавучий  кран.

Щёлкание  пальца  меняет  картину 
восприятия  мира  в  окне  телевизора,
ломая  философическую  рутину
обрядом  заклятия  бутылки  "левиза".
Демоны  подсознания,  духи  массмедиа
в  скопище  кинутых  божьих  тварей
не  различают  Сербия  или  Осетия,
повторяя  утверждённый  сценарий.

Имперский  ракетный  флот,  сменивший  флаг
покорно  ржавеет  у  стенки  не  помня  войну.
Вахтенный  офицер  посылая  плевок  во  мрак
ночи,  вспоминает  чьи-то  колени,  иногда  жену.
Подводная  лодка  разбивая  метровый  лёд
всплывает  на  полюсе  в  кадрах  хроники,
домохозяка  идя  санировать  рот
перечитывает  историю  Моники.

                февраль 1999


Рецензии