Твой мозг питают без калорий, ты веришь: любопытство – яд.
Вновь перепишут ложь историй и всё подробно объяснят
Фальшивой радости колоссы; тебя избавят от дилемм,
И ты забудешь о вопросах: о «почему» и о «зачем».
Мир безразличных и бездушных, самодовольных чужаков;
Но почему тебе так душно в объятьях приторных оков?
Здесь много шума, мало смысла; разгул страстей, беспечный бег.
Здесь нет нужды свободно мыслить – безумный мир, безумный век.
И вакханалия безумий тебе вручает свой пароль,
Чтоб без сомнений и раздумий ты шёл за ней, играя роль.
И вот, враги душевной боли, хранители хмельного сна,
Распределяют эти роли, и твоя цель тебе ясна.
Среди страниц – запретных, чуждых, ты разливаешь яд огня;
Они бесцельны в зверских нуждах. Их пламя жрёт, в ночи звеня.
Убей огнём следы столетий, и пепел памяти развей,
Как миллионы междометий, давно исчезнувших людей.
И всё, как будто, идеально, но всё слабее истин свет.
Всё так привычно, так реально; всё так легко, но счастья нет.
Ты сам себе не хочешь верить, ты больше не один из них;
Потери тяжесть не измерить. Ты здесь – чужой среди чужих.
Слащавый рай – огни рекламы, и в потребительских мозгах
Звенит металл, гремят тамтамы, и счастье рядом – в двух шагах!
Но ты достиг запретов края, ты видишь фальшь, ты сам не свой,
И, паникуя, понимаешь: твой мир заполнен пустотой.
Разрыв шаблона, вынос мозга, попытка что-то осознать.
В твоём сознании, как розги, взрывают мысли тишь да гладь
Несложных истин, вбитых кем-то, идей, утопленных в вине;
Ты проклинаешь киноленту – свет прошлых лет в тяжёлом сне.
И вдруг – откуда это чувство, всё изменяя в краткий миг,
Манит тебя к сетям искусства – к словам забытых всеми книг?
И ты, сомнения не знавший в последних три десятка лет,
Во власти ярости взыгравшей найти пытаешься ответ.
И вот, печать запретных знаний и в твой покой несёт пожар,
И замыкает цепь страданий, тебя подставив под удар.
И ты, недавно безразличный к безумию бездушных масс,
Теперь их враг. Вполне логично: «Тот, кто не с нами – против нас!».
И в миг, когда волной ударной разрушен будет прежний мир,
И поворот судьбы коварной развеет в прах кубы квартир,
Ты всё по-новому рассудишь, как Феникс, крыльями звеня,
Но никогда не позабудешь разгул симфонии огня.