Орфей и Эвридика

             ОРФЕЙ И ЭВРИДИКА
    (по поэме Овидия «Метаморфозы» и
     прозаическому переводу Н.А.Куна)

Когда-то в землях Фракии* далёкой
Блистал Орфей, прославленный певец.
Рождён он главной музой Каллиопой*,
А бог морской Эагр -  его отец.

Жену младую, нимфу Эвридику,
Орфей со страстью, пламенно любил.
Красавицей с луноподобным ликом
Он больше всех сокровищ дорожил.

Но в счастии ему недолго пелось:
В кругу весёлых, резвых нимф-подруг
Однажды Эвридике захотелось,
Нарвав цветов, украсить свой досуг.

Весною всё цветёт в долинах этих!
Как душу не порадовать свою!
В густой траве угрозы не заметив,
Внезапно наступила на змею.

Ужаленная нимфа побледнела,
Упала с криком на руки подруг.
Яд жизнь пресёк, и бездыханно тело.
Разнёсся ветром громкий плач вокруг.

Орфей услышал, поспешил в долину
И видит там холодный труп жены.
Она погибла жертвою невинной,
Ей скорбные рыданья не нужны.

Орфей в отчаяньи. Печалью сердце сжато.
Рыдает песней он,  тоской томим.
Нет сил смириться с тяжкою утратой,
И вся природа плачет вместе с ним.

Он, наконец, решает неуклонно
Спуститься в царство тьмы, где мрак и жуть,
И упросить Аида* с Персефоной*
Ему жену умершую вернуть.

Через пещеру мрачного Таната*
Спускается он к Стикса* берегам.
Теперь задача бедами чревата:
Как переплыть? Дворец Аида – там.

Вокруг толпятся призраки усопших,
Как шорох жёлтых листьев – тихий стон.
Плеск вёсел слышен среди вздохов общих:
В ладье к ним приближается Харон*.

Неласков перевозчик. Гласом твёрдым
Певцу даёт решительный отказ.
Призвал Орфей на помощь все аккорды,
Что в звуках струн кифары он припас.

Круг звуков тех вокруг ладьи сомкнулся.
С веслом в руках заслушался Харон,
От берега он молча оттолкнулся –
Так был Орфей в ладье перевезён.

К дворцу Аида путь свой продолжая,
Он душами умерших окружён.
Звенит, поёт кифара золотая, -
И вот пред ним величественный трон.

Склонившись и по струнам ударяя,
О счастии с женой он страстно пел,
Как миновала та пора златая:
Ждал Эвридику гибельный удел.

О горестной любви, разбитой в муках,
И о тоске кифара говорит.
Всё  замерло, купаясь в дивных звуках,
Нахмурив брови, слушает Аид.

К плечу его припала Персефона,
А на ресницах жемчуга дрожат,
И для души Тантала* нет препоны:
От песен голод, жажда не томят.

Сизиф*, присев на камень с жалким видом,
Задумался, прервав бесплодный труд.
Как статуи , застыли Данаиды*,
Забыв бездонный наполнять сосуд.

Трёхликая ужасная Геката*
Почувствовала вдруг себя добрей.
Безжалостных Эринний* чувства смяты:
Рыданья и у них исторг Орфей.

Но звон кифарных струн всё глуше, тише,
Последний вздох мелодии звучит.
Не нарушая звуковую нишу,
Глубокое молчание царит.

Прервав его, Аид преобразился
(Печать эмоций богу не к лицу),
Стал спрашивать, зачем Орфей явился,
Помочь поклялся дивному певцу.

Орфей в ответ: «О, царственный владыка!
Мне чужды виды адовых страстей.
Пускай вернётся к жизни Эвридика,
Ты видишь, как тоскую я о ней!

Не навсегда ж её вернёшь на Землю;
Жизнь коротка. Она придёт опять.
Но смерти юных сердце не приемлет,
Дай радость жизни вновь ей испытать!»

Задумался Аид и так ответил:
«Я Эвридику для тебя верну,
Идите вместе к солнечному свету,
Но под запрет получишь ты жену.

Идти ты будешь за Гермесом* следом,
А Эвридика – за тобой вослед.
Какие бы ты чувства ни изведал,
Не оглянись! – вот в этом мой запрет.

Оглянешься – жена тебя покинет,
Чтоб вновь вернуться в скопище теней,
Едва лишь быстрое мгновенье минет.»
На всё согласен радостный Орфей.

В обратный путь спешит он с нетерпеньем.
Гермес приводит тень его жены.
Орфей в восторге, в сладком упоеньи:
Им годы счастья снова суждены!


Он в эмпиреях сладостных витает,
В глаза любимой хочет заглянуть,
Но тут Гермес его предупреждает:
«Она лишь тень. И труден долгий путь».

Спешат гуськом, как их Аид заставил,
Уж царство мёртвых пролетели вмиг,
И через Стикс Харон их переправил –
Путь знает быстроногий проводник.

Тропинка вверх сворачивает круто,
Загромождают камни весь проход.
Сгустился мрак, но с каждою минутой
Все ближе свет от выхода идёт.

Орфея мысль назойливо терзала:
Идёт ли Эвридика за спиной?
Так труден путь! А вдруг она отстала,
Окружена навеки будет тьмой?

Остановить не может он смятенья,
Прислушиваясь, ход замедлил свой.
Но как услышать шаг бесплотной тени?
Тревога вновь накрыла с головой.

Уж выход близок. Всё вокруг светлеет.
Вон впереди Гермеса силуэт.
Тень разглядеть теперь-то он сумеет –
Невмоготу наложенный запрет!

И всё забыв, он в страхе обернулся,
Мелькнула тень почти что рядом с ним,
Он руку протянул – и промахнулся,
Растаял призрак, стал неразличим.

Стоял Орфей, окаменев от горя:
Вторично смерть жены он пережил.
С тяжёлым наказанием  не спорил:
На этот раз виновником он был.

Идти назад – Стикс переплыть пришлось бы,
На переправу возвратился он.
Семь дней прошло, но поздно, тщетны просьбы.
Неумолим был лодочник Харон.

Шёл день восьмой. Преодолев невзгоды,
Домой вернулся сломленный певец.
Был верен памяти  четыре года,
Затем его бесславный ждал конец.

Весною ранней, в руки взяв кифару,
Он тихо песню грустную запел.
Не потеряв божественного дара,
Заворожить природу он сумел.

Заслушались в лесу все птицы, звери,
Листва деревьев, нежная трава,
И, в чудо возрождения не веря,
Под ветром трепетало всё едва.

Но звон тимпанов вдруг вдали раздался,
Весёлых криков звуки, громкий смех,
И на поляне шумный круг собрался
Вакханок дерзких в поисках утех.

Одна из них (а было их немало),
Не укрощая нрава своего,
«Вот ненавистник женщин!» - закричала,
Свой тирс* неистово метнув в него.

И полетели тирсы, камни – градом!
Вакханки кружат стаей хищных птиц.
Весь окровавленный, взывает о пощаде,
Но мёртвым телом падает он ниц.

Вакханки, разорвав немое тело,
Его останки сбросили с моста.
Надолго вся природа онемела,
Исчезла в мире песен красота.

А боги золотую ту кифару
Среди созвездий бережно хранят,
И ночью в память о певце недаром
На небе звёзды яркие горят.

Душа Орфея – тень в бесплотном виде –
Опять прошла весь путь в страну теней,
Изведала приём царя Аида
И повстречала тень жены своей.

По сумрачным полям в скитаньях разных
Разлука им теперь не суждена.
ОН может оглянуться без боязни,
Проверить, следует ли вслед за ним ОНА.


                ПРИМЕЧАНИЯ
Фракия – область на севере Греции.
Каллиопа – муза героической поэзии и красноречия, носит золотую корону в знак главенства над другими музами.
Аид – бог подземного царства.
Персефона – жена Аида.
Танат – бог смерти.
Стикс – река в подземном царстве.
Харон – перевозчик мёртвых душ через Стикс.
Тантал – царь , обречённый в аду испытывать муки голода и жажды,
                стоя по горло в воде и видя висящие плоды.
Сизиф – царь, обречённый в аду вечно катить в гору тяжёлый камень,
               срывающийся вниз при достижении вершины.
Данаиды – дочери царя Даная, обречённые в аду наполнять водой
                огромный сосуд без дна.
Геката – богиня колдовства, мрака, чародейства.
Эриннии – богини мести.
Гермес – хитрый, быстрый, как мысль, сын Зевса и Майи.
тирс -  кедровый посох вакханок, трезубец.


Рецензии
Лилия, как прекрасно изложен миф! А я не решилась писать про Орфея помня его конец, мне его бесконечно жаль. Куда Вы пропали?

Инна Чернявская   12.02.2017 23:17     Заявить о нарушении
Это не пропадание, а банальное недомогание. Немножко понежилась в постели, разослала свои книжки ("Олаф и Эрин"), а теперь уже готова к новым "подвигам"!
Я же говорю, что ямбом гораздо легче писать, поэтому с Олафом-то я намучилась, так что к анапесту вернусь не скоро. А пока что решаю всякие бытовые проблемы.
Вам вдохновения и хорошего выбора тем!

Лилия Ким 2   13.02.2017 14:04   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.