Предание о казанских сокровищах

Среди жителей Казани до сих пор бытует предание о несметных сокровищах, якобы сокрытых в водах местного озера. Были попытки отыскать эти богатства, но безрезультатно. Мы обратились к специалисту по поиску и добыче кладов, драгоценных металлов и прочих антикварных ценностей — Сергею Ивановичу Голдобину, проживающему в городе Екатеринбурге и все свое свободное время уделяющему сбору информации о всяческих утерянных и забытых сокровищах в землях России и бывшего СССР.
Специалист совершенно безвозмездно ознакомил нас со своим архивом, показал коллекцию золотых сосудов и чаш из древних скифских курганов, древние монеты, коллекцию старинных рублей и прочие древности. Восхищенно рассказывал о музейных экспонатах Екатеринбурга, настоятельно рекомендовал нам посетить Уральскую кунсткамеру, осмотреть часть египетской мумии и кусочек саркофага фараона из всемирно известных пирамид, где изображен сам повелитель Египта с опускающимся на его голову солнечным богом Ра в виде золотистого шара. Относительно казанских сокровищ господин Голдобин рассказал следующее: — Во времена русского царя Ивана Грозного 100-тысячное войско при поддержке 50-тысячного разноликого сброда атаковало Казанское ханство и осадило его столицу,  город Казань. После кровавой битвы с жителями город был взят и разграблен. Но поживиться казной царским стервятникам не удалось. Казна по тогдашним законам была в распоряжении священников — мирз, и трата серебра и злата была привилегией служителей религии, как самых мудрых и разумно поступающий.
 Золото хранилось в главном храме города — мечети. И когда увидели проповедники ислама, что город взят в кольцо большим войском, и, предчувствуя беду, взяли они две большие лодки и под покровом ночи вывезли из крепости 6 смоляных бочонков с золотом и серебряной утварью и бросили бочонки в глубины озера, что было в те времена за городом, а не в городе, как ныне. Когда бочонки опускали в воду, горел на мечети сигнальный огонь и горел огонь в малом храме, что был посредине озера на острове. То были ориентиры для сидящих в лодках.

Но будущего не стало для этих людей. Все они были убиты в стенах мечети при утреннем штурме города. Спастись удалось только единицам горожан, среди которых был самый молодой из священников, бежавший через городскую стену при начавшейся суматохе. От него и дошли до нашего времени эти сведения и, как поговаривают, существует даже карта-схема с планом города и озером. Он прожил долгую жизнь и только перед кончиной поведал старшему из сыновей сию страшную тайну.
 
Попытки поднять сокровища предпринимались в 1968 году, в 1975-м, а в 1980-м озеро обследовали любители-аквалангисты, но безрезультатно. На дне озера находится 2-метровый слой ила, и что-нибудь там разглядеть нет никакой возможности. Но, по слухам, в 1968 году один человек, как полагают из рода спасшегося мирзы, все же поднял бочонок из пучины при помощи обычной «кошки» (железные вилы, с остриями, загнутыми наподобие рыболовных крючков), но,., как только бочонок достиг поверхности воды, крюки разогнулись, и бочонок вновь канул в бездну. Все дальнейшие попытки подцепить что-либо в том же месте не привели к успеху. Старожилы города искренне полагают, что тамошние несметные сокровища русским никак не взять, ибо на сем золоте кровь святых людей ислама. И их души, оберегают сей клад и не дают в руки иноверцев.
«Поднять золото и серебряные реликвии мечети сможет только любимец Аллаха, будущий царь и повелитель этих земель». Такова вкратце история казанских сокровищ.

На вопрос, собирается ли господин Голдобин предпринять экспедицию в Казань и тщательно обследовать дно озера с помощью электронной аппаратуры при столь детальной, имеющейся в его распоряжении информации, Сергей Иванович ответил отрицательно.
— Видите ли, — сказал он, — я человек верующий и великий мистик, и всегда прислушиваюсь к устным преданиям местных жителей, так как у меня имеется богатый жизненный опыт, связанный с археологическими находками. И я не хочу повторить судьбу европейских археологов, вскрывших гробницы фараонов в долине царей и трагически погибших впоследствии».
Такова исходная и широко распространенная версия сокрытия казанских сокровищ в переложении на современный журналистский лад. Но давайте все же рассмотрим эту ситуацию без всякой мистики и обратим свой взор к действующим лицам этой исторической драмы. Для начала послушаем, что об этом говорят сами жители современной Казани. Вот, например, воспоминания писателя Рафаэля Мустафина. «В середине шестидесятых годов, когда я работал редактором журнала «Огни Казани», ко мне на прием пришел старик из древнего рода Азимовых и стал рассказывать сохранившееся в их семье предание о ханских сокровищах и даже показывал какие-то древние бумаги, где говорилось об этом. (Пожилой человек был не так прост, каким казался с первого взгляда. Он происходил из древнего рода казанских князей Азимовых. В Казани даже существует Азимовская мечеть, памятник архитектуры 1887—1890 гг,)

Старик уверял, что клад должен находиться с северной стороны озера, примерно в том месте, где расположен обувной комбинат «Спартак». Еще он говорил о каком-то секрете, зная который можно найти сокровища. Точного места он указать не мог, но какая-то правда в его словах чувствовалась. Старик рассказывал, что спрятана целая ханская казна, общий вес которой измерялся десятками, а может быть сотнями батманов». Теперь пришло самое время рассказать нашим читателям, что такое «батман» и как его можно сопоставить с современными мерами веса. Батман — мера веса в Казанском ханстве. В разные исторические периоды один батман приравнивался к 4, 8 или 12 пудам.

Наш престарелый свидетель уверял редактора, что ханская казна состояла из трех частей:
1. Золотые и серебряные слитки, бруски драгоценного металла.
2. Денежная (монетарная) часть самого разнообразного происхождения — турецкие, персидские, арабские дирхемы и очень много русских серебряных гривен.
3. Самая важная часть, самая ценная — военные трофеи, подарки и подношения ханам, изделия иноземных и собственных ювелиров. Это действительно так. В древней Казани существовали ювелирные мастерские, где изготавливались различные женские и мужские украшения. Хранилось все это богатство, разумеется, не в мечети, а в большом ханском дворце, вероятнее всего в его глубоких каменных подвалах. Знать, где именно и в каком количестве складировано богатство ханства, доверялось немногим государственным служащим. Но один из них о состоянии государственной казны должен был знать непременно. Назывался такой чиновник — «аталык», что примерно соответствует званию высшего государственного чиновника Казанского царства. В 1552 году эту должность занимал некий Чапкун Отучев.

 Так вот, 20 августа 1552 года войско Ивана Грозного встало в шести верстах от Казани на так называемом Царевом лугу. Позади была Волга, а впереди, на высоком холме виднелась крепость с каменными мечетями, красивым дворцом, высокими башнями и высокими дубовыми стенами. 21 и 22 августа экспедиционные войска выгружали пушки, порох, ядра и прочие припасы с судов, стоящих у берега. А 23-го с рассветом войска двинулись ; городу и окружили его плотным кольцом. По наведенному мосту передовые части перешли тинный Булак, текущий к городу из озера Кабан, и, видя перед собой на расстоянии не более как в двухстах саженях (426 м) царские палаты, мечети и стены, повернули в сторону, чтобы выйти на Арскос поле. Но тут отворились крепостные ворота и 15 ООО татар, конных и пеших, высыпали из крепости. Началась, как выражались в те времена, «великая сеча». Сомкнув ряды, русские войска отступили назад. Казанцы тоже вернулись за крепостные стены. Это была первая серьезная стычка, приведшая к крупным потерям с обеих сторон. Ночь прошла относительно спокойно, и Иван Грозный без помех расставил свои полки вокруг осажденной крепости.
На другой день, как гласят хроники, сделалась необыкновенно сильная буря: сорвала царский и другие шатры, много было потоплено судов на Волге, и была некоторая растерянность в стане русского царя. Царь Иван Грозный послал фа-моты в Москву и Свияжск за съестными припасами, за теплой одеждою для воинов, за серебром и готовился зимовать пат Казанью. Осада столицы Казанского ханства продолжалась до 2 октября 1552 года. 2 октября город был захвачен полностью. 3-го хоронили погибших при штурме. 4-го в половине десятого утра царь Иван IV въехал в покоренный город и осмотрел ханский дворец. Грабить казну у него не было ни малейшего намерения. Не за этим ехали.

Летописец написал по этому поводу две, очень точно характеризующие сложившуюся обстановку фразы: «Иван Грозный велел переписать казну цареву и печатию своею запечатати, да не згинет от нее ничто же»... «На себя же Государь не велел имати ни единые медницы, ни полону, токмо единого царя Едигер Магмета и знамена царские, да пушки градские...»

 Все ясно из приведенных отрывков и без перевода.

К хранилищам были приставлены стрельцы с ружьями под командованием воеводы — охранять от расхищения народное добро. Есть даже воспоминания современников, в которых говорится, что когда Грозный осмотрел несколько кучек мешков с медной монетой, то, презрительно попинав один из них сапогом, строжайше наказал сопровождающим его лицам использовать остатки денег исключительно на поддержание порядка в городе и снабжение пищей насущной его неимущих жителей. Вот вам и грабители, вот вам и завоеватели. Беспокоятся о снабжении припасами жителей почти полтора месяца сопротивлявшегося города. У вас не создается впечатления о том, что брать-то в хранилищах было просто нечего? Как говорят в таких случаях, — «Господа! Все украли до нас». После такой фразы кладоискатели обычно начинают ломать голову над двумя основополагающими вопросами. Вопрос первый: «Кто украл?» И вопрос второй: «Куда он потом все украденное дел?»

Ответ на первый вопрос для нас пока неясен, а вот ответ на второй начинает вырисовываться буквально сразу, хотя и вчерне. Вряд ли казанцы могли спрятать свои ценности в ином месте, кроме как в самой крепости. Вначале им и самим было неясно, что замышляет царь Иван и что следует делать в первую очередь. Как это всегда бывает при внезапном нападении, прежде всего, думают об обороне, а уж потом о сохранности ценностей. Возможно, вскоре они и спохватились, особенно когда поняли, что города им не удержать. Да только время было безвозвратно упущено — крепость была окружена плотным кольцом царских войск. 150 ООО вооруженных воинов так зажали город в кольце осады, что покинуть его не мог даже одиночка, не то что целая экспедиция на неповоротливых челнах и с увесистым грузом в трюмах. Это бред сивой кобылы. Пробиться по узенькой протоке к Нижнему Кабану было равносильно самоубийству. Факелы и сигнальные костры горели все ночи, и проскочить незамеченным сквозь кордоны было невозможно.

К тому же топить ценности в озере осажденным татарам не было никакой необходимости. Зачем устраивать самим себе крайне сложные в техническом отношении поиски по извлечению их обратно? С какой такой стати? Ну, допустим, утопили мы что-то в озере без примет и ориентиров, а доставать-то потом как будем? К тому же кто знал, что нашествие закончится именно так, как оно закончилось? Поэтому в условиях тотальной блокады и полной неизвестности самым разумным представляется схоронить ценности там, откуда их впоследствии будет относительно легко достать. Если прятать с умом, чтобы не было посторонних свидетелей, то захватчики, в случае их победы, обязательно останутся с «носом». А в случае отступления супостата от стен Казани достать сокровища будет предельно легко. Лезем в тайный подпол и торжественно вынимаем из него спрятанное имущество. Теперь нам с вами надо попытаться установить то лицо, которое и организовало захоронение ханской казны. Ведь обычно легенды на пустом месте не рождаются. Какая-то, скорее всего, самая значительная и ценная часть сокровищ Казанского ханства была кем-то очень умно и быстро спрятана.

Кто же отдал приказ на сокрытие ценностей? Сам царь Едигер Магомед? Высшее духовное лицо — Куль Шариф молна да Кади? Или тот человек, в прямом ведении которого и находились драгоценные авуары Казанского царства — князь Чапкун Отучев?

 Из истории известно, что князь Отучев был убит самими же татарами в самом конце последней, решительной битвы. Причем убит как изменник, но в чем состояла его измена» в истории и летописях не сказано ни слова. Известно только, что особо яростное и последнее сражение произошло у мечети, где ранее хоронили усопших казанских царей. Здесь был убит Куль Шариф молна (сын Сеида Мансура, который являлся главой духовенства Казанского царства) и множество других жителей города. После того как мечеть была занята, оставшиеся в живых татары побежали на царев двор. Там их скопилось до шести тысяч, и они отказались сдаться. Законы войны суровы — кто не сдается, того уничтожают. Сопротивляющиеся по приказу Ивана Грозного были убиты все до единого. Таким образом, все, кто хоть что-то знал о месте захоронения ханских сокровищ, погибли в бою.
 
(на рисунки - красавица ханша-царица  Сююмбике)
      
(по статьям казанских краеведов и историков)         


Рецензии
Ценные знания...Спасибо!
с теплом,

Демидова Надежда   24.01.2016 22:11     Заявить о нарушении
продолжение следует!

Сергей Карпеев 3   26.01.2016 14:22   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.