Избранные стихи разных лет

МОЙ КРАЙ


Мой край

Хочу я вернуться
В родные края.
Мой край - где деревья
Под ветром шумят.

Мой край - где колышется
Водная гладь.
Я родиной буду его называть.

Не там, где пустыня,
Не там, где песок,
А там, где под дубом
Журчит ручеек.

Не там, где кирпичные строят дома,
А там, где девичьи стоят терема,
А там, где на дудке играет пастух
И где кукарекает звонко петух.

Мой край - там, где ливень
По крышам стучит
И робкое солнце пробиться спешит.

Мой край - где ночами поет соловей,
Тоскливо поет он о доле моей,
Где в воду рыбак опускает сеть…
Где ж край мой любимый?
Скажи мне, ответь!

1983

Моя Россия
Какая ты, моя Россия?
Мой город, маленький и тихий…
Величественная Москва,
Отсюда видная едва…

Ларьков коммерческих засилье,
В Москве - людское изобилье
И деловая суета -
Сегодня Русь уже не та…

Уж сколько раз по ней страдали,
Ее с печалью оставляли
И уезжали навсегда
В чужие страны-города!

Она бывает очень разной -
Прекрасною и безобразной,
Богатою и бедной враз.
Ее познаешь без прикрас…

Но больше петь о ней не буду -
Пусть вечно остается чудом
Для всех, кто верит и скорбит,
В ком русский дух еще не спит…

1994


* * *

Теснятся замерзшие клены
У кладбища тихих ворот.
К могилке блаженной Матроны
Стекается струйкой народ.

Идут со своею кручиной,
Чтоб высказать горести ей -
Крестьянке, в лихую годину
Молившей за русских людей…

Слепою была от рожденья,
Но дан был чудесный ей дар -
Из уст ее речь провиденья
Мог слышать и молод и стар.

И всяк со своею печалью
К ней шел, чтоб свой жребий узнать.
Недужные с ложа вставали,
И всем им была она - Мать.

Сказала: «Умру - приходите
Ко мне со своею бедой.
Пошлет меня в мир наш Спаситель,
Вам мертвой служить - как живой!»

Стоит тишина на погосте,
И падает легкий снежок.
Опять у Матронушки гости,
И каждый в беде одинок…

И крестятся все, и поклоны
Земные могиле кладут.
Молись за нас, грешных, Матрона -
Ты наша заступница тут!

1997

Московская ностальгия
(поэма)

Моим сокурсникам по факультету журналистики МГУ
(1988-1993)               
И я приму тебя, как упряжь,
Тех ради будущих безумств,
Что ты, как стих, меня зазубришь,
Как быль, запомнишь наизусть.
Б.Л. Пастернак               

Она у каждого - своя,
Кто к ней однажды прикоснулся.
Благословен, кто не очнулся,
Отпив московского житья…
В далеком детстве под Москвой
Столица мне казалась чудом,
Бездонным праздничным сосудом,
Что хоть на миг - да будет мой!
А позже мнилось свысока,
Что покорить ее - мой жребий.
Ведь в юности журавль в небе
Реальней всех синиц в руках…
…О Боже, до чего полна
Москва моих воспоминаний
Тех лет, так невозможно ранних,
Как забродившего вина!
Вот тихий двор на Моховой,
Проспектом Маркса прежде званой,
И Ломоносов неустанно
Следит за пестрою толпой…
Здесь было суждено вчера
Мне средь счастливиц оказаться -
Наивных школьниц, что назваться
Дерзнули жрицами пера!
Входя сюда в урочный час,
Мы шли по мраморным ступеням,
Где, кажется, витали тени
Всех, кто прославился до нас…
В аудиториях царил
Богемный дух. Из нас так рьяно
Лепили будущих светил
Газет, журналов и экрана…
Я помню, раз явился к нам
Сам Ельцин собственной персоной,
Еще не президент холеный,
Еще бунтарь, гроза вождям…
И негде яблоку упасть,
Конечно, было в шумном зале.
Седой наш гость кололся всласть,
Как оказался он в опале,
Как травлю на него вели,
Как в одночасье стал изгоем.
И мы, студенты, не могли
Не величать его героем…
Кто ж знал, что лет так через пять
В парламент он велит стрелять,
И мы по глупости пройдем
Насквозь Тверскую в баррикадах,
Чтоб поглазеть на Белый дом
И дым из окон, танков строй
На площади перед толпой
Под свисты снайперского града…
А лет еще так через семь
Уйдет в историю совсем
Эпоха ельцинская эта,
Лишь память верно сохранит
Мой первый курс и тот визит,
Как театральные билеты…


…Мои студенческие дни -          
Троллейбус номер тридцать третий…          
Тот год чудесный догони,               
Что мне дороже всех на свете!

Из окон открывался вид –
Вот дом на набережной спит,          
Зловеще-серая махина.          
Москва-река пред ним течет,          
А мимо все спешит народ
В кино «Ударник», в магазины…

…Вот у Манежа поворот,
Проем журфаковских ворот,          
Начало и конец пути -          
Дай перекресток перейти…

…Мы упивались новизной,
Бродя по улицам столичным,
Где современность с архаичным
Слились в гармонии одной…

Кремлевских башен гордый вид,
Стены всеведущей гранит,
Напротив же «Националь» –
Лишь провести диагональ!

Соседство то для нас, бывало,
Предметом шуток выступало
(И раз, заметьте, не один!)
Как бросят: «Мы вчера видали –
Тебя перед “Националем”
Снимал нерусский гражданин!»

…А за метро «Охотный ряд»
Сворачивали на Тверскую.
Я до сих пор по ней тоскую –
По перекресткам, что хранят          

Всю прелесть наших разговоров,     
Признаний, споров ни о чем…          
Давай страницы перечтем!

Вот здесь мы покупали хлеб,          
Вот здесь мороженое ели,          
И плыли линии судеб
Асфальтовой рекой апреля.

Лежал наш путь на телеграф          
К междугородным автоматам.          
И в ссорах каждый был неправ,          
И каждый не был виноватым…

Казалось, будет так всегда –
И дружба, и прогулки наши,
И впечатлений череда,
Взахлеб глотаемых из чаши…

Глянь мимоходом: «Интурист» -          
Путаны, иномарки, гости…          
Коль ты почти что журналист,          
То жизнь, как есть, постичь не бойся!

Угар бесчисленных кафе          
Служил нам фоном для беседы.          
Там поверяли мы Москве          
Заботы, радости и беды.

Сегодня - изменилась жизнь.          
Сегодня - центр для богатых.          
И безразлично катит вниз          
Тверская, близкая когда-то…               
…Пройдем обратно, до метро,
До Ленинской библиотеки,          
Исторгнет нас ее нутро          
И кинет в суету навеки.

И нас троллейбус повлечет     
По грезам Нового Арбата –
Он был Калининским еще          
В дни, канувшие без возврата…               
Дом Книги - для студентов рай.
Любой учебник выбирай,          
Какой велел преподаватель.          
Частенько в юные года          
Наведывались мы сюда,          
Чтоб всю стипендию потратить…

К тому ж напротив - гастроном,          
Да не какой-нибудь - Арбатский.          
К прилавкам очереди сном          
Нам нынче могут показаться…               
Давно закончился «застой» -     
Жаль, кошелек полупустой!     
Уже не сунешься к витринам,          
Чтоб прикупить деликатес.
Здесь супермаркет, а не рынок -          
Вон припаркован «Мерседес»!

Арбат милее сердцу Старый -          
Там надрываются гитары,          
Художники портреты пишут          
И все вокруг свободой дышит!

Давно мне довелось бродить          
На том Арбате обновленном,          
Который всяк, в Москву влюбленный,          
Считает долгом посетить.

Там ныне, бают, все иначе -          
Тусовки прежней больше нет.          
Ну что ж, передадим тем паче          
Из девяностых ей привет…

Москва конца тысячелетья,
Ты нас заполнила собой!
Пусть каждый жребий выбрал свой,
И обо всех не в силах спеть я…

И для надменных москвичей,          
И пробивных провинциалов          
Столица россыпи ключей          
В своих чертогах отыскала,
Что открывают, как сезам,
Пути к надеждам и мечтам,     
Хоть и не сбывшимся порою…
Мы разные - но не беда.
Одной мы крови навсегда,
Навек повязаны Москвою…

2002               
К книге «Земля загадочная. Места силы на карте России»

Тебе от века нету края:
Вместились рядом в колыбель
Гладь водоемов, даль лесная,
Отлогость гор и ширь степей.

Такие разные народы
В тебя корнями проросли,
Слагая мифы, песни, оды
О чудесах своей земли.

Как по чащобе леший водит,
В озерах свищет водяной,
Как клады тайные находят
Под убывающей луной.

О племенах пещерных магов,
Безвестно сгинувших до нас,
Оставив тысячи загадок,
Непостижимых и сейчас.

И наделяли наши предки
Особой силою места,
Где клали колдуны запреты,
Где обитали божества.

Так эти древние преданья
До наших докатились дней –
Одни, мол, зоны благодатны,
Другие гиблы для людей.

И даже скептик современный,
Замерив разные поля,
Поверит в байки и легенды
О силах, что таит земля.

Вот только, мистику отринув,
Все по науке разъяснит:
Тут суть в лучах геомагнитных,
А там упал метеорит…

Ничто в природе не случайно –
Учите свойства вещества!
А как же сила, как же тайна,
А как же духи-божества?

Но что поверить нам мешает
В богов невидимую рать?
Ведь и наука – кто не знает! -
Ошибки может совершать!

2006

Весны

И снова грянула весна
Привычным чудом обновленья.
Природа вырвалась из сна,
Осуществляя акт творенья.

И в эти дни не избежать
Мне памяти о веснах прежних,
Когда хотелось мир обнять
От полноты звенящей вешней.

И было детство без забот,
Казалось, все вокруг смеется,
И набухает, и цветет,
И просто радуется солнцу.

А позже так рвалась она
К нам через окна классов пыльных,
И, чуть уроки не сорвав,
Манила зеленью и синью…

И в память врезались они,
Мои студенческие весны,
Москва и солнечные дни
Восьмидесятых-девяностых.

И нам по двадцать, и журфак,
И скоро уж сдавать зачеты…
И веришь – вечно будет так,
По принципу круговорота…

Но жизнь нельзя затормозить,
И с каждым годом ближе старость…
Все больше поводов грустить,
Все меньше времени на радость…

И все ж мы каждую весну
Готовимся привычно к чуду.
И может, в этом жизни суть:
Я был, и есть, и снова буду…

2016


ПРИВОРОТНОЕ ЗЕЛЬЕ


Приворотное зелье


Поднимись весною
Утром, до зари.
В чаще за рекою
Травы собери:

Лютики златые,
Мяту с чабрецом
Эти травы злые
Принеси в свой дом…

Замеси ты зелье
На своей крови,
Чтоб забыл веселье
Он из-за любви!

Чтобы днем и ночью,
Позабыв покой,
Видел твои очи
Он перед собой!

Ровно в полночь крикнет
В чаще козодой,
И в котле возникнет
Колдовской настой.

Тот твой друг сердечный,
Для кого настой,
Будет думать вечно
О тебе одной…

Чаща за рекою,
Мне скажи ответ:
Зелье колдовское
Счастье даст иль нет?

И ответ покроет
Ветра кутерьма:
«Зелье колдовское -
Это ты сама!»

1986               
Прабабка

Я уеду в лесные края,
И дойду до того я села,
Где когда-то прабабка моя
В своей ветхой избушке жила.

Все умела она - колдовать
И лечить заговором больных,
И по картам могла предсказать
Людям судьбы безвестные их…

…Я в избушку войду, осмотрюсь,
А хозяйки давно уже нет.
Затеряется вскоре, боюсь,
Чародейства таинственный след…

Вот икона висит на стене -
Рядом вижу хозяйкин портрет.
Передай же, прабабка, ты мне
Белой магии вечный секрет,

Чтоб я людям могла помогать,
Доброй силой лечить род людской.
Для того ж, чтобы зло наказать -
Тайны магии черной открой.

И познаю я смысл бытия,
И постигну все тайны людей.
Встань из гроба, прабабка моя,
Надели меня силой своей!

1986

Храм               
Я знаю - где-то строят храм
Не для других, а для меня.
Я никогда не буду там
Молиться на исходе дня…

И не придет никто туда -
Ведь двери храма взаперти.
Лишь через долгие года
Мне суждено в него войти.

Но я приду не для молитв -
Устану верить в чудеса,
Ходить по лезвиям от бритв,
Смотреть в враждебные глаза…

Признаться в слабости своей
Однажды в сумерках явлюсь,
И молчаливый чародей
Мне объяснит, чего боюсь.

Он человек, а не святой,
Но все он знает обо мне,
Чертя уверенной рукой
Значки на каменной стене.

Я знаю - где-то строят храм
Для каждого из нас, людей;
Мы никогда не будем там
Молиться, добрый чародей…

1989

Ведьма

Ведьма бросилась в омут глубокий с моста,
И сомкнулась вода - холодна и пуста.

Полюбила красавца со смертной земли,
И собратья простить ей того не могли.

Шум в лесу… у нечистых сегодня шабаш.
Вспоминают сестру: «Что пришла ей за блажь?»
Пляшут ведьмы и черти, народец лесной:
«Неуютно, должно быть, сестре под водой!»

Но никто ничего не узнает о том,
Как поила любимого смертным вином,

Чтоб заснул, поцелуев не чуя ее,
Чтоб кружилось зловеще над ним воронье…

-Только мертвым, - сказал он, - я буду с тобой,
Чародейкой безбожной, колдуньей лесной!

-Что ж, по-твоему будет! - вскричала она
И отраву заставила выпить до дна.

А когда поняла, что заснул навсегда,
Побежала туда, где плескалась вода…

Были чары бессильны любовь подарить,
Пусть же смерть их не смеет теперь разлучить!  
Мертвеца утащила с собой в глубину,
Расстелились их кости по черному дну.

А у силы нечистой поминки идут
По любви, что и чары вовек не возьмут…

1989

* * *
Мир расколот на части -
Половинки утрат.
Полосатые масти
Насчитаю сто крат.

Черно-белые тени
Позади, впереди…
Замирают мгновенья…
Память, их не буди!

Но останутся гроздья
Тех надежд, что сбылись,
Будто вбитые гвозди
В эту страшную жизнь…

Я не жалуюсь даже,
Но понять не могу -
Отчего все на страже
И живут на бегу?

Отчего все уходят,
А назад не вернуть?
Отчего на свободе
Так мучителен путь?

1990

КОГДА СТИХАМИ МИР ЗВУЧИТ…


* * *

Когда стихами мир звучит,
Я жадно слушаю сонату.
Когда во мне любовь молчит,
Себя считаю виноватой.

Дано мне петь, дано любить,
Но это - порознь и не скоро.
Кому сказать, кого просить
Об изменении узора?

Я слишком многого хочу,
Ну а могу, увы, так мало,
И часто в пустоту кричу,
Что быть собой не перестала,

Что строки я еще ловить
Способна на волнах воздушных,
Что суждено мне полюбить
Земной любовью простодушной.

Но нужно выбрать… Говорят,
Две эти вещи несовместны.
Мотивы жизненных сонат
Одной судьбе давно известны…

1992

* * *

Прочитала чужие стихи -
С поэтессой случайно знакома -
И задумалась. Были легки
Эти строчки любви из альбома.

Может, чем-то и схожа со мной,
Только в жизни побольше видала.
Потому и стихи - с глубиной,
А в моих - глубины недостало…

У нее - и любовь, и друзья,
И Москва с искушеньями улиц.
Ну а мне - нет, писать мне нельзя,
Ведь сюжеты еще не проснулись!

Есть сюжет - он всегда лишь один:
Я иду - и ищу откровенья.
Может, так доживу до седин,
Заменяя мечтами сомненья…

Ну а может - найду и свое,
Что чужие глаза не заметят.
Только строчку одну - за нее
Я однажды отдам все на свете…

1992

* * *

На встрече с известным артистом
Летела душа из груди.
Он искренен был и неистов,
Он пел, словно с Богом шутил.
Сжигая себя без остатка,
Он пламя выплескивал в зал,
А зал благодарно и сладко
Ту жертву в себя принимал.
И зрители стали едины
С кумиром и между собой,
И будто свою половину
Нашли - и познали любовь,

И счастье, и боль, и разлуку,
И чистую радость творца,
Внемля гипнотическим звукам
Из горла факира-певца.
Нет, в пении он не искусен -
Да, голос, увы, хрипловат.
Но нити магических бусин
Со сцены незримо летят.
И зрители станут другими,
Покинув пустеющий зал,
Где он не играл перед ними,
А жизнь свою им отдавал.
Но как же возможно такое?
Ведь отданы только слова?
Вот это и есть биополе -
Начало всех тайн волшебства…

2001

* * *

Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей…
О. Мандельштам

Я - такая. Примите меня
И не требуйте больше, чем нужно.
Жаром трепетной ласки огня
Растопите сердечную стужу.

Полюбите меня за стихи
И за то, что на вас не похожа,
И за мелкие эти грехи,
Ведь у каждого есть они тоже!

Умоляю: возьмите в свой круг,
Закружите на празднике вашем,
Чтоб напитком из встреч и разлук
До краев я наполнила чашу.

И не будьте жестоки ко мне,
Как сама я жестокой не буду.
Не судите о мнимой вине -
И быть может, содеется чудо!

И тогда, как волчица, легка,
За любимым умчусь я свободной,
Запалив сердцевиной цветка
Вам костер для звезды путеводной.

2002


Рецензии