Валентинка

Сохрани меня!
Типуном ли на языке,
нецензурным ли предложеньем за гаражами,
сохрани как полуотмытый от грязи кед,
чтоб, как вспомнишь, кулаки твои задрожали,
сохрани меня как цветок на странице книги,
сохрани, как спокойствие наци хранит в блицкриге,
как хранят гостевые сиги.

Не мотай на кулак соплей; ты была права;
всякий после меня - неистово, круто, мило!
Намотай меня лучше на шею поверх шарфа,
намотай на усы (если ты их не удалила).
Из волос моих туго веревку сплети, шарман -
ты меня предала, как Самсона его Далила.

Разведи по углам: "Вот твое, вот мое - не влазь",
блэклистом на пути у полночных входящих вызовов,
раздели меня, как после выборов делят власть,
кости выбрось тому, кто раны твои вылизывал.
Мы чужие как Нэн и Сидси, Пумон и Тимба,
вот тебе моя прощальная валентинка,
начудили - и валим тихо.

Наколи меня; равнодушием уколи
и заранее, мон ами, извини за пасквиль,
моя милая, беспечальная Натали,
наколи меня пошлыми птицами на запястье.
Хорошо, что путями разными мы пошли,
оставлять на пару было бы нас опасно.

Полюби меня... прости Господи, но зачем?!
Чтобы в будущем сын, не слезающий с ховерборда,
в фотокарточку ткнул бы пальцем - мол, что за чел?
Он тебя обнимает, мама? Какого черта?

Чтобы перед глазами весна пронеслась - до бреда.
Чтоб внизу живота разорвалась торпеда.

"Так, знакомый... Садись обедать".


Рецензии