Малый оперный театр

Всё, что писал хорошего в книгу "Деревня Андрюшино, всё исчезло из книги.

Многое из памяти вышло. Не знаю, зачем выкинули мои
записи работники этой типографии.
        Кажется это был театр малой эстрады. Купил я билет
 на ближайший концерт эстрадного грузинского оркестра Рерро. В фойе зашёл, когда, почти все зрители сидели на местах. Я подал свой билет
последним из зрителей. Контролёр - женщина посмотрела
 на мой билет, и чего - то медлила а, и билет у меня был
самый дешёвый, и кажется место ему на балконе, если оно
 там было. Потом подала мне его и указала на ближние ряды от сцены. На седьмом ряду места были заполнены на половину. Я сел с краю
 на второе место справа. Мгновенно взглянув в зал,
заметил, что моряков, кроме меня из зрителей не было.
Я, не помню, что был за концерт, какие вещи должны
были исполняться замечательным этим оркестром Рерро,
 но помню - то что было далее. На меня смотрит красавица
 женщина со сцены,
 и смотрит, прямо на меня. Одет я был по форме два,
в белой форменке и чёрные флотские брюки,  Я, и так
 уже стушевался,
 а тут взгляд такой красавицы в таком величайшем ярком и
прекрасном
 полуобнажённом платье. Смотрит не сводя на меня глаз,
 и неожиданно запела
песню "На побывку едет молодой моряк. Меня бросило в жар.
Краска волнения разлилась по всему телу. Понял, что эта
песня в честь меня, в честь моряка Военно Морского Флота
 нашей страны России.
Чудом, чудом, я не разрыдался на весь зал малого
оперного театра,от такого огромного количества чувств.
 Но, всё - таки так и сдержал себя. Чувствовал,
что все зрители, взгляды свои устремились мне в спину,
и больше ни куда.
А, красавица певица, куплет за куплетом, всё пела и пела
в честь меня, и смотрела только на меня. Я, уже
 подумывал:-Неужели этот "Ад" когда нибудь кончится?
Это чудо - сцена с таким составом оркестра на меня
 подействовала в самом наилучшим воспоминанием и
воспитанием на всю мою жизнь до этого дня. Пишу,
 а у самого горячие слёзы само по себе льются, и я
 не стыжусь их сам перед собой. А, как ни как
пошёл и девятый десяток моих годков.

=======================================================

Много у меня выкинуто из этой, да и других книг, самого
лучшего, самого нужного для истории России. Спасибо
 огромное оркестру Рерро и этой, замечательной певице
 этого оркестра, и всему театру малой эстрады, и особенно контролёру -пожилой женщине. СПАСИБО!!!!!!!

В отпуске
Владимир Прокопьевич
 Отпуск. Конец мая 1961г.
Подходил  к концу третий год моей службы на Военном  Морском  Флоте
Советского Союза. Подумывал и размышлял: «Кто из моих близких сослуживцев имеет первостатейную возможность уйти в отпуск? Перечислял важность его значения для корабля, время службы, заслуг и получалось, что несколько человек впереди». А время - то, какое! - Начало лета! Получалось, что моя очередь не раньше как осень или начало зимы.
 Не ожидал, что мне дадут отпуск в самое лучшее время сезона. Это меня, почему – то удивило. Тогда  на военной службе Камчатки был 65 суток, да плюс десять суток поощрения.
И вдруг по трансляции говорят, чтобы прибыл в корабельную канцелярию. Там лучший мой друг, секретчик  - Саша - Москвич, подаёт мне чистый бланк обходного листа. Часу не прошло, как на нём, появилось около пяти подписей и, тут же получил, отпускные деньги и, собрал чемодан, который приобрёл загодя, месяцев за шесть. Этот сбор прошёл у меня так стремительно, что понять не смог, как же мои годки умудрились засунуть в мой чемодан мат, о котором вытирали моряки ноги перед входом в кубрик? Когда поднимался по траппу на выход, то почувствовал, что чемодан потяжелел. Уже в поезде из города Владивостока его заметил и поначалу расстроился. Рядом с ним лежала открытка с напечатанным текстом: «Поздравляем с отпуском. Желаем его провести отлично. Годки эскадренного миноносца «Скрытный» Это тронуло. Просто очередной раз пробрала гордость, где служу! и с какими людьми! Оказывается, на флоте есть такая традиция, отпускнику сунуть пару вещей, одну отрицательную, другую, чтобы помнил и, надолго, а то и на всю жизнь, кто ты? С нашего корабля отпускников было трое. По пути дал маме - Девятковой - Петрушиной  Евгении Дмитриевной телеграмму. Поезд остановился на станции Тюмень в полдень. Вышел в сопровождении своих попутчиков, они несли мой чемодан. Сразу увидел маму. Она стояла в тёмно  - синем женском костюме, который ей очень шёл. Заметил, что у  неё один глаз стал меньше. Он всегда уменьшался, когда она была чем - то или кем - то взволнована. Отсутствовал в Тюмени около шести лет. Как - никак, это, не малый срок: Магадан, Камчатка. Служба.
Подошёл к ней и сильно заплакал, чуть ли не навзрыд. Ребята, увидев такое, сунули поочерёдно мне свои ладони,  в мою ладонь и пошли к вагону поезда. Мы стоим и обои плачем. Больше всего смотрю, на её сузившийся, глаз и было  её очень жалко. Успокоились не сразу. На людей, что смотрят на нас, не обращаем внимания.

Прибыл 3 июня.  Пятого и шестого большой ливень в Тюмени. Седьмого и восьмого числа заморозки.  Всё, что на грядках взошло, всё замёрзло. Всё, что посадили на грядки трудолюбивые старушки, всё замёрзло.


Оркестр.
Рерро.

Уже не помню, какого числа поехал и прибыл в столицу нашей Родины - Москву.
Остановился у родителей нашего секретчика-  Саши. Он был моим другом и играл в духовом оркестре ударником. у них за столом встречал и своего братика Виктора Прокопьевича Девяткова, который служил там - в Москве, в Кремвлёвских войсках.


Рецензии