Легенда об Аире

Эпиграф

Аир болотный, явор, ирный корень…
Известен он до нашей эры был.               
За то его ценили в разных странах,
Что людям верой-правдою служил!

Анна-Мария Доброва

Предисловие

Аир - многолетнее травянистое растение. Морозостойкое, вырастает до 1-1,5 метра высотой. Корневище аира толстое, плетистое, бурого цвета. Стебель трехгранный, листья узкие и длинные, с характерной оборкой по краю. В начале-середине лета на аире появляется соцветие бело-зеленого цвета. Латинский вариант названия данного растения (acorus calamus) происходит от греческого слова ;;;; (кори), что означает «зрачок» или «внутреннее видение». Видовое название calamus восходит корнями к протоиндоевропейскому языку, где «kole—mo-» означало тростник, камыш.
Аир - очень распространенное растение, имеющие многочисленные названия в разных культурах: водяная райская трава, пчелиная трава (beewort), корень ондатры (muskrat root), сосновый корень (pine root). Известен он и у индейских народов: макан-нинида (makan-ninida, у индейцев омаха-понки), манкан-кере (mankan-kereh, у виннебаго), катша-иту (kahtsha itu, у пауни), синкпе-та-воте (sinkpe-ta-wote, у дакота), санка-се (sanka ce, у лакота), песе боаока (pexe boao’ka, у осейджи).
Также аир известен как сладкий флаг (sweet flag), горький перечный корень (bitter pepper root), ирис (gladdon), крысиный корень (rat root), миртовая трава (myrtle grass) или сладкий мирт (sweet myrtle), морская осока (sea sedge), сладкий тростник (sweet cane).
В Азии аир известен как ши-чанпу (кит. Shi chang pu), шоубу (яп. shoubu, ;;), баджай, горабах, васабах (bajai, gorabach, vasabach, инд.), васамбу (vasambu, тамильск.), ваяймбу (vayambu, малайск.), боджо (bojho, непальск.), хаймавати, джатила (haimavati, jatila, санскр.).
В России аир часто называют игиром, иром, ирным корнем, касатиком, касатником, лепехой, лепешником, пищалкой, татарником, татарским сабельником, татарским зельем, явром.
Слово «флаг» в названии аира относится к его мечевидным листьям, напоминающим листья ириса, а слово «сладкий» связано с приятным ароматом (горько-сладким) практически всех частей растения, особенно корневища. В Америке растение называют «американский сладкий флаг», а в Европе уже «европейский сладкий флаг». Название «крысиный корень» отражает тот факт, что данное растение очень любят грызуны, потребляя его в огромных количествах.
Множество упоминаний растения в самых древних травниках Востока (Индии, Китая). Уже в те времена он был широко известен как лекарственное растение и применялся для лечения различных заболеваний.
Так же широко применялся как пряность. В истории упоминания использования уходят далеко за 3000 лет. При употреблении в пищу, корневища могли заменять корицу, имбирь и другие специи. Так же как и на Востоке, часто упоминается в медицинских записях лекарей Европы средних веков. В Европе его применяли и от холеры и от тифа и от гриппа, от многих заболеваний. Придавали ему антисептические возможности для заживления ран и гнойников, хотя там скорее всего он имел эффект из-за своих абсорбирующих свойств порошка. Одно из возможных происхождение латинского же названия растения Acorus (в переводе - глазное яблоко), скорее всего связано с возможностью лечения глазных заболеваний, которое практиковалось в средние века.
Исторически в Западную Европу ирный корень поступал в основном через Турцию и в уже готовом виде, то есть не в виде растения, а в виде готового продукта, по этой причине европейцы долго не знали, что растение из которого приготовлены сладости и душистые продукты, уже широко распространены по Восточной Европе и имеют название: Агир, Гавр, Зеленуха, Татарское зелье и другие. Получив бесценные кусочки корневищ (как они считали) ботаники Европы их аккуратно рассаживали, ухаживали, лилеили, но лишь до тех пор пока не узнали истинное происхождение Аира и о его большом распространении.
С Востока он попадал в высушенном виде в Древнюю Грецию и Рим. Еще Гиппократ писал о прекрасных лекарствах из аирного корня. В средние века ароматный корень привозили через Стамбул и в Европу, но только в засахаренном виде как сладость, и тайну этой «трости благовония» турки тщательно хранили. Все же в 1574 г. австрийскому послу в Турции удалось прислать ботанику Клаузиусу, директору Венского ботанического сада, посылку с душистыми корневищами аира, годными для посадки. Клаузиус с большой благодарностью принял подарок в полной уверенности, что он является единственным в Европе обладателем экзотического и, несомненно, красиво цветущего растения. Он сам выбрал место посадки в уголке пруда. Растение оказалось неприхотливо и быстро разрасталось, а на третий год зацвело. Но каково же было разочарование ботаников, когда они увидели у растения не прекрасные цветки, а невзрачный початок с множеством желтовато-зеленых цветочков. Вдобавок ко всему растение не завязывало плодов и размножалось исключительно кусочками корневища. Разочарование ботаников и отразилось в латинском названии растения, буквально обозначающем «безобразная трость». Почти одновременно с Венским аир был приобретен Пражским ботаническим садом, откуда растение скоро расселилось в пруды и тихие водоемы Западной Европы.
Авиценна рекомендовал его в качестве очищающего, при заболеваниях желудка, печени, в качестве мочегонного средства. По его мнению, аир «утончает утолщение роговицы и помогает от бельма, но особенно подходит в обоих случаях его выжатый сок». И еще одно: «Это корни растения, схожего на папирус. По большей части оно растет в стоячих и проточных водах. На его корнях беловатые узлы с противным запахом, к которому примешивается легкое благоухание
Произрастает в Юго-Восточной Азии, Европе, Северной Америке, на территории России встречается в европейской части и от юга Сибири до Дальнего Востока. В настоящее время лекарственное растение Аир болотный (Ирный корень) можно встретить на большинстве озер Восточной Европы, практически все растение обладает душистым запахом, по этому запах Аира часто ассоциируется с запахом озера
Это душистое лекарственное растение Аир болотный (Ирный корень) встречается в истории, мифах и легендах многих стран. Множество упоминаний растения в самых древних травниках Востока (Индии, Китая)..
Наиболее распространенный и правдоподобный миф, легенда или история о появлении Аира (Ирного корня) в Восточной Европе, идет со времен татарских нашествий. Так, татарские воины считали, что Аир очищает и произрастает в чистых пресных водах, которые можно употреблять в пищу. Во все походы воины брали с собой кусочки корневищ Аира. И так проходя по чужим землям они разбрасывали кусочки корней Аира в незнакомые водоемы. Благодаря своей неприхотливости, лекарственное растение Аир болотный (Ирный корень) быстро распространялся по водоемам, окружая своими зарослями берега. Тем самым проходя не раз возле засеянных водоемов завоеватели уже знали из каких водоёмов можно пить воду, а из которых не стоит. Далее растение уже естественным образом через систему рек и озер рассеялос по всей Восточной Европе. А разросшись и в Западной Европе мы теперь имеем два незначительно отличающихся вида Аира на своих территориях, у берегов рек и озер.
Вот одна из легенд…
Когда-то, во времена казачества, хищные ордынцы, возвращаясь с ясырем, остановились на отдых у Слепого озера. Глубокий овраг, заросли ольшаника прятали их от казачьего глаза. Озеро в венке из аира и камыша поило ордынцев и их лошадей. Отдых и развлечение. Пленницы - друг за друга лучше: богуславские девушки славились красотой. На этот раз Таир Лепе-хан выбрал среди невольниц девушку с голубыми глазами.- Как зовут? - Спросил он, ощупывая девушку лакомым взглядом. Маруся молчала.Вынул из-за пояса ятагана. Пленницы испуганно ахнули, но Маруся молчала. Лепе-хан подошел к девушке, подцепил концом ятагана рубашку у шеи и рассек сверху вниз. Рубашка упала Маруси до ног. Ордынец разрезал путы на ногах, затем на руках. Кругом стихло все. Еще мгновение смотрел девушку, он взял ее за руку и потянул к шатру, воткнув ятагана пояса. Маруся покорно пошла. Вступив в шатер, она резким движением выхватила из-за пояса обидчика ятагана и ударила его в сердце.На землю упала темная ночь ... Лагерь затих. Маруся выскочила из шатра, подползла к пленным и стала разрезать им путы на руках и ногах. ее схватили и живой закопали в землю ...Казаки окружили озеро и отомстили за Марусю. Ни один ордынец не будет спасения. Но с тех пор исчез аир вокруг озера. Только буйно разросся он на Маруся могиле. Вода в озере чистая, как слеза, но никто в нем не купается. Скорбно поникли столетние ивы над озером. Над Слепым озером.Не от имени Лепе-хана образовалось слово аир. Возможно, от Таир и возникло аир?

Ещё не спишь, мой друг, субботня*,
Чтоб сладким сон твой был на спас.
Ты про АИР мой сказ сегодня
Послушай, не сомкнувши глаз…

Природа осенью дышала,
Уж листья начали желтеть,
И вечерами холодало.
Пора б и птицам вдаль лететь.

И вот уж день короче ночи,
Всё солнце в тучах, под «арест».
А дома голодно, нет мочи,
Шёл за дровами плотник в лес…

Ветра его друзья, туманы,
Беда, да нищета – судьИ.
А звали просто Себастьяном,
Был он кормильцем для семьи.

В деревне домик ветхий, старый,
В щелях весь - хлев, не дом, сарай.
Жена, шесть дочек, милых славных,
Уж восемь лет, как почитай.

Прожили дружно, хоть и бедно,
Пришлось им многое терпеть.
Пытался Себастьян, но тщетно,
Не смог с семьёй разбогатеть.

Жена по дому, как синица,
С утра трудилась до поры…
А вот девчонки – мастерицы!
Те ткали чудо, что ковры!

И Себастьян весь день как белка,
Крутился, чтоб всех прокормить:
То дом у старосты в отделку,
То в ночь возьмётся сторожить.

И вот сосед, священник Сергий:
«Сходи, мой друг, нужны дрова.
Твой труд оплачен будет щедро,
Вот рубль серебряный, сполна!»

Рубль – это целое богатство!
Смущён немного Себастьян.
И на рассвете, без препятствий
Пошёл он в лес (ни сыт, ни пьян).   

С собою взяв простой топорик,
Телегу с лошадью на раз.
Вглубь леса двинул, чтоб ускорить,
Процесс и минуть людный сглаз.

Кипит у плотника работа,
Вот набросал воз полный дров.
Домой спешит, день так корОток!
Но заблудился, лес суров!

Он удивлён! Лицо страдальца.
Как Леший путал?! Нет пути!
Он знал дорогу, как пять пальцев,
Теперь до дома не дойти!..

Испуг и дрожь прошли по телу,
Молиться стал, к Нему взывать.
Хрипит лошадка, захудело.
Куда идти? Кого позвать?

Места глухие, незнакомы,
Темнеет…тут уж не до сна.
Угас день быстро в окоёмах.
Лишь звёзды в небе и луна.

Бродил ещё довольно долго,
Ни зги не видно – неуспех.
И наконец, он на болото,
С лошадкой вышел, слышит смех

Меж камышами раздаётся,
А также тонкий голосок.
Он обомлел, как мышь крадётся,
И зрит в камыш лягушка скок.

Прислушался, смех у кувшинок
Разносится на всю тайгу.
Он камыши слегка раздвинул,
Русалки две на берегу.

Под лунным светом, беззаботно,
Где бережок стоит «плешив»
На всё смущенное болото,
Они смеялись от души.

От перепугу, в удивленье:
«Меня, чурр-чурр! Меня чурр-чурр!», -
Шептал мужик от напряженья
Перекрестив себя вприщур.

Незваного увидев гостя,
Русалки бульк – ушли до дна.
Мужик до лошади, чихвостя…
Стоит, как вкопана она.

Ни уговоры и не окрик,
Пытался сдвинуть, осерчал.   
И так, и сяк, охрип, весь мокрый,
Как будто кто коня держал.

Противный холод с каплей пота
Бежит за ворот… Ничего,
И лишь мелодия с болота,
Чуть успокоила его.

Там чудеса встают в тумане,
Девица милая в глазах
В красивом белом сарафане
С чудесной флейтою в руках.

Как бабочки порхают феи,
Кружатся в парах на листах
Кувшинок, нет их веселее,
Приятней глазу и в мечтах.
 
А по воде, крутя колечки,
Как водомерки на коньках
Танцуют в парах человечки,
Лишь только пена в бороздАх

От ножек их, в следах болото,
Всё в искрах в тысячи огней.
- Ох, а сегодня же суббота,
Тут вспомнил Себастьян, ей-ей…

Вдруг из болотной жидкой хляби,
Пуская море пузырьков,
Явилась миру, жёлта Жаби
Страшна, огромна, без зрачков:

«В болоте нашем жизнь прекрасна!
Полно оно чудес в гульбу.
Хвалу создателю согласно,
Споём мы дружно похвальбу!»
 
Оно светилось и манило,
В нём много тысяч огоньков.
Играла музыка,
«От, Диво!», -
Мужик воскликнул, «Кто ж таков   
Устроил это представленье?
Как ясен лунный свет в воде»
И Себастьян от удивленья
Присел на пень всё оглядеть..

«Нечисто тут! Наверно, черти
Устроили свой пляс-крутил**!»
И все, кто был в тот час вечерний,
Исчезли, словно след простыл. 

И вроде про себя, негромко
Сказал Мужик, всё без вражды.
«Там, наверху! Пугает!», - тонкий
Шёл детский голос из воды.

Вдруг ветер гнёт траву с налёта,
Вода взбурлила, всплеск - отторг.
И вышел важно из болота,
Огромный бородатый Чёрт.

«Что ж, Себастьян, сидишь, пугаешь
моих танцоров всё зазря?
Наверно, просто ты не знаешь,
Что нынче праздник у меня?!»

«Я не хотел, само случилось»,-
пожал плечами Себастьян.
«Я заблудился, ваша милость,
давно уже: ни сыт, ни пьян.
Кто ж вы таков? В лесу дремотном,
живёте без людей – мирян».

«Я сам АИР! Король болотный,
А ты вот - плотник, Себастьян.
Я всё про всех заранье знаю,
Кто в гости в праздник попадёт,
Судьбу твою сам порешаю,
По жизни я – незлобный Чёрт».

Вновь пузыри вдруг забродили,
Фонтан забился и возник
К ним из воды вспенённой вылез
Обросший в волосах мужик.

И говорит по-братски Чёрту:
«Поговорил?! Ну, что, пошли?!», -
И глазом подмигнув упёртым:
«Ты ж, Себастьян, сиди, моли…»

Аир сказал:
«Ты понимаешь,
играем в карты в дурака.
И, если Леший отыграет
Уйдёшь! А, нет! Мой, навсегда!»

«Как так», - мужик застыл в вопросе,
растерян взгляд, рука дрожит…

«Да кто ж тебя об этом просит», -
Чёрт, улыбаясь, говорит.
«Победа Лешего – свобода,
В придачу золота мешок.
Пока играем – нету хода,
Из леса ни на шаг – вершок».

Чёрт с Лешим хлопнули в ладоши,
Под воду, началась игра.
А Себастьян скорей взял лошадь
С болота бросился бежать.

Бродил по лесу очень долго,
Шептал:
«Всё явно не к добру!
Хоть вой от жизни этой волком!»
Но вышел, наконец, к утру.

Жене поведал, как встречали
Его. Не верила жена.
Тут в дверь нежданно постучали.
Стоит чертёнок у окна.

«Чего застыл?! Как пень трухлявый!
То для тебя я приволок»,
Копытцем топнув:
«Твой! Подарок!»
И с золотом толкнул мешок.
«Что, проиграл Аирка , всё же?», -   
Мужик от радости умолк.
«А ты что думал, почему же,
Ты сам бы к дому не дошёл!»

На деньги, что прислал им Леший,
Построен был отличный дом,
Хозяйство прибыльно, успешно.
Откуда ж, всё взялось – молчком. 

Нужда забыта, быт доходен,
Судьбы закручен маховик.
В лес больше Себастьян не ходит,
Ведь плотник он, а не лесник.

*) субботня - то же что и суббота, субботник.
**) пляс-крутил - гулянье (авторское примечание)


Рецензии
На это произведение написаны 43 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.