Гуру

Уткнувшись в чугунные тучи,
Окнами ветренной
Головы.
Погибаю в настое
Выпитом,
Дикой твоей
Травы.
Колеблюсь на дне стакана
Измызганной
Тряпкой дня.
Розовогубым болваном
Ты
Называешь меня,
Сдувая с себя,
Как пух
Навязчивого одуванчика,
С напрасной дороги, вдруг,
Упархивая,
Как бабочка,
Вылитая из стали сплава,
В жаре печи,
Сверхпрочная,
Из золотого металла
Надменная
И порочная.
В Дикой интеллигенции,
Мимоходом меня втолкнувшая,
В себя,
Ужасно капризную,
И обратно
Выплюнувшую,
Губами опухших от яда,
С пожарной
Красной помадой,
Размазанной  поцелуями,
По белой рубашке нарядной,
Извозив по шее
Руками,
Набор обручальных колец,
Швыряешь под ноги каждого,
Чемоданы
Убитых сердец,
Добытые,
По закоулкам,
В тёмной игре с напёрстками,
Раскрытые странные тайны,
Отмечая
Татуировками.

И,
Как окурки бросая,
В пепельницу, уклончиво,
Немного грубо и резко,
Но ёмко,
Доходчиво,
Взглянув на меня небрежно,
Молчаливо роняя
С губ,
Учишь, как Гуру,
Вежливо,
Непристойной азбуке букв.
Такого нежного
И опрятного
Русского- французского
Язычка,
Выбивая коронным ударом,
Последнее
Из мозжечка.
И Вновь оказавшись в обьятиях
Сонных,
Чугунных туч,
Срываюсь шумной лавиной
Белого снега
В путь,
Надоевшим тебе одуванчиком,
Пытаясь
Расшифровать,
Твои знаки сакральных смыслов,
Которые
Сложно понять...


Рецензии