Кому ещё я снился, как полет?
Как парашют, кому во сне являлся?
Наутро кожа выдублена в лёд,
Что в прорубях подлунных заручался
с венозной леской вдоль ручной реки...
К полудню троеперстьем единили,
В Оку дыханий кинули крючки
и вынули костистый Питер в иле
с одним глазком, он бъёт ещё хвостом...
Сияет в рифму гелевая ручка.
В тепле, не отрываясь, целый том
я б ваши сны писал с моей получкой.
К строке свежемороженая льнёт,
Трепещет, чтобы праздник не кончался.
Кому ещё я снился, как полет?
Кому во сне с крылами не являлся?
Первая книга - Облики : [Стихотворения] / Валерий Исаянц, 47 с. 16 см., Ереван Советакан грох 1978. Предисловие Арсения Тарковского.
"Анастасия Цветаева. «История одного путешествия, 1971 - 1972 гг. Крым - Москва»
Станислав Айдинян: "Рукопись А. Цветаевой вышла посмертно, к 110-летию со дня рождения писательницы.
Анастасия Ивановна не хотела при жизни издавать эту рукопись. На то были глубоко личные причины. Тот, кто прочтёт книгу, поймёт, несомненно, — какие.
«История одного путешествия» повествует о лирическом очаровании, которое пережито и прочувствованно автором повести, главный герой которой — молодой поэт Валерий Исаянц".
Подробнее здесь:
http://asu.cs.nstu.ru/zvetaevs/idinyan.htm
"Я скажу вам по-армянски... Этот армянский шпион богат Поэзией, как медуза Горгоной!"
Анастас Микоян Юрию Казакову на вечере памяти Г. Д. Гая в ЦДА г. Москва. Предположительно, 1977-ой год.
От ведущего страницы:
Листочки, написанные рукой Валерия Ивановича, действительно рассыпаны по Воронежу. На самом деле, как это написано на страничке:
http://www.stihi.ru/avtor/isaianc, большая часть архива Исаянца находится у Михаила Болгова, одного из отцов-основателей клуба Лик, поэта и по совместительству коллекционера. Лик был очень рад тому, что на сайте стихиру Виктор Образцов начал публикацию текстов Поэтарха (Исаянца), но не согласился с тем, что эти тексты очень сильно редактированы. Лик же обращался со стихами Валерия более бережно, с пинцетом и скальпелем, хотя, что скрывать, болванок в исходных текстах было многовато. Но как угадать, что есть просто оставленное слово, для изменения в будущем, а что - ощущение, пришедшее к Валере? Не просто всё, поэтому, не порицая работы Виктора Образцова, хотим обратить внимание думающей публики на "канонические" тексты. В любом случае, листочки Поэтарха - явление и пророчества о будущем русского языка.
Итак, Новый Век русского языка - на горизонте и нетерпеливо ждёт наших трудов.
